Рассказы про совесть: Сборник рассказов для детей о совести | Книга (5 класс) на тему:

Содержание

Сборник рассказов для детей о совести | Книга (5 класс) на тему:

В. Сухомлинский

Стыдно перед соловушкой

 рассказ

Оля и Лида пошли в лес. Они устали и сели на траву отдохнуть и пообедать.
Вынули из сумки хлеб, масло, яйца. Когда девочки поели, недалеко от них запел соловей. Очарованные прекрасной песней, Оля и Лида сидели, боясь пошевельнуться.
Соловей перестал петь. Лида собрала остатки своей еды и хлебные крошки и положила в сумку.
— Зачем ты берёшь с собой этот мусор? — сказала Оля. — Брось в кусты. Ведь мы в лесу. Никто не увидит.
— Стыдно… перед соловушкой,— тихо ответила Лида.
 

В.А.Сухомлинский. Стыдно перед соловушкой

       

Оля и Лида пошли в лес. Они устали и сели на траву отдохнуть и    пообедать.

Вынули из сумки хлеб, масло, яйца. Когда девочки поели, недалеко от них запел соловей. Очарованные прекрасной песней, Оля и Лида сидели, боясь пошевельнуться.

Соловей перестал петь. Лида собрала остатки своей еды и хлебные крошки и положила в сумку.

— Зачем ты берёшь с собой этот мусор? — сказала Оля. — Брось в кусты. Ведь мы в лесу. Никто не увидит.

— Стыдно… перед соловушкой, — тихо ответила Лида.

В. Осеева

Плохо

 рассказ

Собака яростно лаяла, припадая на передние лапы. Прямо перед ней, прижавшись к забору, сидел маленький взъерошенный котенок. Он широко раскрывал рот и жалобно мяукал. Неподалеку стояли два мальчика и ждали, что будет. В окно выглянула женщина и поспешно выбежала на крыльцо. Она отогнала собаку и сердито крикнула мальчикам:
— Как вам не стыдно!
— А что — стыдно? Мы ничего не делали! — удивились мальчики.
— Вот это и плохо! — гневно ответила женщина.


 

В. Осеева

Кто хозяин?

 рассказ

Большую чёрную собаку звали Жук. Два мальчика, Коля и Ваня, подобрали Жука на улице. У него была перебита нога. Коля и Ваня вместе ухаживали за ним, и, когда Жук выздоровел, каждому из мальчиков захотелось стать его хозяином. Но кто хозяин Жука, они не могли решить, поэтому спор их всегда кончался ссорой.
Однажды они шли лесом. Жук бежал впереди. Мальчики опять заспорили.
— Собака моя, — говорил Коля, — я первый увидел Жука и подобрал его.
— Нет, моя, — сердился Ваня, — я перевязал ей лапу и таскал для неё вкусные кусочки.
Никто не хотел уступить. Мальчики поссорились.
— Моя! Моя! — кричали оба.
Вдруг со двора лесника выскочили две огромные овчарки. Они бросились на Жука и повалили его на землю. Ваня быстро вскарабкался на дерево и крикнул товарищу:
— Спасайся!
Но Коля схватил палку и бросился на помощь Жуку. На шум прибежал лесник и отогнал своих овчарок.
— Чья собака? — сердито закричал он.
— Моя, — сказал Коля.
Ваня молчал.

В. Осеева

Девочка с куклой

 рассказ

Юра вошел в автобус и сел на детское место. Вслед за Юрой вошел военный. Юра вскочил:
— Садитесь, пожалуйста!
— Сиди, сиди! Я вот здесь сяду.
Военный сел сзади Юры. По ступенькам поднялась старушка.
Юра хотел предложить ей место, но другой мальчик опередил его.
«Некрасиво получилось», — подумал Юра и стал зорко смотреть на дверь.
С передней площадки вошла девочка. Она прижимала к себе туго свернутое байковое одеяльце, из которого торчал кружевной чепчик.
Юра вскочил:
— Садитесь, пожалуйста!
Девочка кивнула головой, села и, раскрыв одеяло, вытащила большую куклу.
Пассажиры засмеялись, а Юра покраснел.
— Я думал, она женщина с ребенком, — пробормотал он.
Военный одобрительно похлопал его по плечу:
— Ничего, ничего! Девочке тоже надо уступать место! Да еще девочке с куклой!


 

В. Голявкин

Кому что удивительно

 рассказ

Танька ничему не удивляется. Она всегда говорит: «Вот уж не удивительно!» — даже если бывает и удивительно. Я вчера на глазах у всех перепрыгнул через такую лужу… Никто не мог перепрыгнуть, а я перепрыгнул! Все удивлялись, кроме Тани:
— Подумаешь! Ну и что же? Вот уж не удивительно!
Я всё старался её удивить. Но никак не мог удивить. Сколько я ни старался.
Я из рогатки попал в воробышка.
Научился ходить на руках, свистеть с одним пальцем во рту.
Она всё это видела. Но не удивлялась.
Я изо всех сил старался. Что я только ни делал! Залезал на деревья, ходил без шапки зимой…
Она всё не удивлялась.
А однажды я просто вышел с книжкой во двор. Сел на лавочку. И стал читать.
Я даже не видел Таньку. А она говорит:
— Удивительно! Вот не подумала бы! Он читает!


 

В. Осеева

Время

 рассказ

Два мальчика стояли на улице под часами и разговаривали.
— Я не решил примера, потому что он был со скобками, — оправдывался Юра.
— А я потому, что там были очень большие числа, — сказал Олег.
— Мы можем решить его вместе, у нас еще есть время!
Часы на улице показывали половину второго.
— У нас целых полчаса, — сказал Юра. — За это время летчик может перевезти пассажиров из одного города в другой.
— А мой дядя, капитан, во время кораблекрушения в двадцать минут успел погрузить в лодки весь экипаж.
— Что — за двадцать!.. — деловито сказал Юра. — Иногда пять — десять минут много значат. Надо только учитывать каждую минуту.
— А вот случай! Во время одного состязания…
Много интересных случаев вспомнили мальчики.
— А я знаю… — Олег вдруг остановился и взглянул на часы. — Ровно два!
Юра ахнул.
— Бежим! — сказал Юра, — Мы опоздали в школу!
— А как же пример? — испуганно спросил Олег.
Юра на бегу только махнул рукой.

 

В. Осеева

На катке

 рассказ

День был солнечный. Лед блестел. Народу на катке было мало. Маленькая девочка, смешно растопырив руки, ездила от скамейки к скамейке. Два школьника подвязывали коньки и смотрели на Витю.
Витя выделывал разные фокусы — то ехал на одной ноге, то кружился волчком.
— Молодец! — крикнул ему один из мальчиков.
Витя стрелой пронесся по кругу, лихо завернул и наскочил на девочку. Девочка упала. Витя испугался.
— Я нечаянно… — сказал он, отряхивая с ее шубки снег. — Ушиблась?
Девочка улыбнулась:
— Коленку…
Сзади раздался смех.
«Надо мной смеются!» — подумал Витя и с досадой отвернулся от девочки.
— Эка невидаль — коленка! Вот плакса! — крикнул он, проезжая мимо школьников.
— Иди к нам! — позвали они.
Витя подошел к ним. Взявшись за руки, все трое весело заскользили по льду. А девочка сидела на скамейке, терла ушибленную коленку и плакала.


 

В. Осеева

Ни за то и ни за это

 рассказ

Костя сделал скворечник и позвал Вову:
– Посмотри, какой птичий домик я сделал. Вова присел на корточки.
– Ой какой! Совсем настоящий! С крылечком! Знаешь что, Костя, – робко сказал он, – сделай и мне такой. А я тебе за это планёр сделаю.
– Ладно, – согласился Костя. – Только давай ни за то и ни за это, а просто так: ты мне сделаешь планёр, а я тебе скворечник

В. Осеева

Отомстила

 рассказ

Катя подошла к своему столу и ахнула: ящик был выдвинут, новые краски разбросаны, кисточки перепачканы, на столе растеклись лужицы бурой воды.
— Алешка! — закричала Катя. — Алешка!.. — и, закрыв лицо руками, громко заплакала.
Алеша просунул в дверь круглую голову. Щеки и нос у него были перепачканы красками.
— Ничего я тебе не сделал! — быстро сказал он.
Катя бросилась на него с кулаками, но братишка исчез за дверью и через раскрытое окно прыгнул в сад.
— Я тебе отомщу! — кричала со слезами Катя.
Алеша, как обезьянка, вскарабкался на дерево и, свесившись с нижней ветки, показал сестре нос.
— Заплакала!.. Из-за каких-то красок заплакала!
— Ты у меня тоже заплачешь! — кричала Катя. — Еще как заплачешь!
— Это я-то заплачу? — Алеша засмеялся и стал быстро карабкаться вверх. — А ты сначала поймай меня!
Вдруг он оступился и повис, ухватившись за тонкую ветку. Ветка хрустнула и обломилась. Алеша упал.
Катя бегом бросилась в сад. Она сразу забыла свои испорченные краски и ссору с братом.
— Алеша! — кричала она. — Алеша!
Братишка сидел на земле и, загораживая руками голову, испуганно смотрел на нее.
— Встань! Встань!
Но Алеша втянул голову в плечи и зажмурился.
— Не можешь? — кричала Катя, ощупывая Алешины коленки. — Держись за меня. — Она обняла братишку за плечи и осторожно поставила на ноги. — Больно тебе?
Алеша мотнул головой и вдруг заплакал.
— Что, не можешь стоять? — спросила Катя.
Алеша еще громче заплакал и крепко прижался к сестре.
— Я никогда больше не буду трогать твои краски… никогда… никогда… не буду!

 

. Осеева

Просто старушка

 рассказ

По улице шли мальчик и девочка. А впереди них шла старушка. Было очень скользко. Старушка поскользнулась и упала.
— Подержи мои книжки! — крикнул мальчик, передавая девочке свой портфель, и бросился на помощь старушке.
Когда он вернулся, девочка спросила его:
— Это твоя бабушка?
— Нет, — отвечал мальчик.
— Мама? — удивилась подружка.
— Нет!
— Ну, тетя? Или знакомая?
— Да нет же, нет! — отвечал мальчик. — Это просто старушка.

В. Осеева

Три товарища

 рассказ

Витя потерял завтрак. На большой перемене все ребята завтракали, а Витя стоял в сторонке.
— Почему ты не ешь? — спросил его Коля.
— Завтрак потерял…
— Плохо, — сказал Коля, откусывая большой кусок белого хлеба. — До обеда далеко еще!
— А ты где его потерял? — спросил Миша.
— Не знаю… — тихо сказал Витя и отвернулся.
— Ты, наверно, в кармане нес, а надо в сумку класть, — сказал Миша.
А Володя ничего не спросил. Он подошел к Вите, разломил пополам кусок хлеба с маслом и протянул товарищу:
— Бери, ешь!

 

В. Осеева

Синие листья

 рассказ

У Кати было два зеленых карандаша. У Лены ни одного. Вот и просит Лена Катю:
— Дай мне зеленый карандаш!
А Катя и говорит:
— Спрошу у мамы.
Приходят на другой день обе девочки в школу. Спрашивает Лена:
— Позволила мама?
А Катя вздохнула и говорит:
— Мама-то позволила, а брата я не спросила.
— Ну что ж, спроси еще брата, — говорит Лена.
Приходит Катя на другой день.
— Ну что, позволил брат? — спрашивает Лена.
— Брат-то позволил, да я боюсь, сломаешь ты карандаш.
— Я осторожненько, — говорит Лена.
— Смотри, — говорит Катя, — не чини, не нажимай крепко и в рот не бери. Да не рисуй много.
— Мне, — говорит Лена, — только листочки на деревьях нарисовать надо да травку зеленую.
— Это много, — говорит Катя, а сама брови хмурит. И лицо недовольное сделала.
Посмотрела на нее Лена и отошла. Не взяла карандаш. Удивилась Катя, побежала за ней.
— Ну что ж ты? Бери!
— Не надо, — отвечает Лена.
На уроке учитель спрашивает:
— Отчего у тебя, Леночка, листья на деревьях синие?
— Карандаша зеленого нет.
— А почему же ты у своей подружки не взяла?
Молчит Лена. А Катя покраснела и говорит:
— Я ей давала, а она не берет.
Посмотрел учитель на обеих:
— Надо так давать, чтобы можно было взять.

В. Осеева

Чего нельзя, того нельзя

 рассказ

Один раз мама сказала папе:
— Не повышай голос!
И папа сразу заговорил шепотом.
С тех пор Таня никогда не повышает голос. Хочется ей иногда покричать, покапризничать, но она изо всех сил сдерживается. Еще бы! Уж если этого нельзя папе, то как же можно Тане?
Нет уж! Чего нельзя, того нельзя!

Е. Пермяк

Бумажный змей

 рассказ

Хороший ветерок подул. Ровный. В такой ветер только змей пускать. Высоко летает бумажный змей. Туго нитку натягивает. Весело мочальный хвост развевает.
Задумал Боря свой змей сделать. Бумага у него была. И дранки он выстрогал. Недоставало мочала на хвост да ниток, на которых змей пускают.
Нитки были у Сёмы. Целый моток. Ему бы лист бумаги да мочала на хвост достать — тоже бы свой змей запустил.
Мочало у Пети было. Он его давно для змея припас. Ниток только ему не хватало да бумажного листа с дранками.
У всех все есть, а у каждого чего-нибудь да не хватает.
Сидят мальчики на пригорке и горюют. Боря свой лист с дранками к груди прижал, Сёма свои нитки в кулак зажал, Петя своё мочало за пазухой прячет.
Хороший ветерок дует. Ровный. Другие ребята змей в небо запустили. Высоко летает бумажный змей. Туго нитку натягивает. Весело мочальный хвост развевает.
Боря, Сёма и Петя тоже бы такой змей могли запустить. Даже лучше. Только чему-то они еще не научились, вот в чём беда.


 

Е. Пермяк

Про нос и язык

 рассказ

У Кати было два глаза, два уха, две руки, две ноги, а язык один и нос тоже один.
− Скажи, бабушка, − просит Катя, − почему это у меня всего по два, а язык один и нос один?
− А потому, милая внучка, − отвечает бабушка, − чтобы ты больше видела, больше слышала, больше делала, больше ходила и меньше болтала и нос свой курносый куда не надо не совала.
Вот, оказывается, почему языков и носов бывает только по одному. Ясно?


 

К. Ушинский

Играющие собаки

 рассказ

Володя стоял у окна и смотрел на улицу, где грелась на солнышке большая собака Полкан.
К Полкану подбежал маленький Мопс и стал на него кидаться и лаять; хватал его зубами за огромные лапы, за морду и, казалось, очень надоедал большой и угрюмой собаке.
— Погоди-ка, вот она тебе задаст! — сказал Володя.— Проучит она тебя.
Но Мопс не переставал играть, а Полкан смотрел на него очень благосклонно.
— Видишь ли,— сказал Володе отец,— Полкан добрее тебя. Когда с тобою начнут играть твои маленькие братья и сестры, то непременно дело кончится тем, что ты их приколотишь. Полкан же знает, что большому и сильному стыдно обижать маленьких и слабых.

К. Ушинский

Кто дерет нос кверху

 рассказ

Спросил мальчик отца:
— Скажи мне, папа, отчего это иной колос так и гнётся к земле, а другой торчмя торчит?
— Который колос полон,— отвечает отец,— тот к земле гнётся, а который пустой, тот и торчит кверху.


 

. Артюхова

Трусиха

 рассказ

Валя была трусиха. Она боялась мышей, лягушек, быков, пауков, гусениц. Её так и звали — «трусиха».
Один раз ребята играли на улице, на большой куче песка. Мальчики строили крепость, а Валя и её младший братишка Андрюша варили обед для кукол. Валю в войну играть не принимали — ведь она была трусиха, а Андрюша для войны не годился, потому что умел ходить только на четвереньках.
Вдруг со стороны колхозного сарая послышались крики:
— Лохмач с цепи сорвался!.. К нам бежит!..
Все обернулись.
— Лохмач! Лохмач!.. Берегитесь, ребята!..
Ребята бросились врассыпную. Валя вбежала в сад и захлопнула за собой калитку.
На куче песка остался только маленький Андрюша: на четвереньках ведь не уйдёшь далеко. Он лежал в песочной крепости и ревел от страха, а грозный враг шёл на приступ.
Валя взвизгнула, выбежала из калитки, схватила в одну руку совок, а в другую — кукольную сковородку и, заслоняя собой Андрюшу, стала у ворот крепости.
Огромный злющий пёс несся через лужайку прямо на неё. Вот уже совсем близко его оскаленная, клыкастая пасть. Валя бросила в него сковородку, потом совок и крикнула изо всех сил:
— Пошёл вон!
— Фьють! Фьють, Лохмач! Сюда! — Это сторож бежал через улицу наперерез Лохмачу.
Услышав знакомый голос, Лохмач остановился и вильнул хвостом. Сторож взял его за ошейник и увёл. На улице стало тихо. Ребята медленно выползали из своих убежищ: один спускался с забора, другой вылезал из канавы… Все подошли к песочной крепости. Андрюша сидел и уже улыбался, вытирая глаза грязными кулачонками.
Зато Валя плакала навзрыд.
— Ты что? — спросили ребята. — Лохмач тебя укусил?
— Нет, — отвечала она, — он не укусил… Просто я очень испугалась…


 

О. Буцень

Мамины помощницы

 рассказ

Оля и Лида гуляли во дворе. Увидела Оля, как Петя помогает своей маме развешивать белье, и говорит подруге:
— И я сегодня маме помогала.
— И я тоже, — ответила Лида. — А что ты делала?
— Со стола убирала, посуду всю вымыла, тарелки, ложки, вилки вытерла и в буфет убрала.
— А я ботинки почистила.
— Мамины? — спросила Оля.
— Нет, свои.
— Разве это помощь маме? — засмеялась Оля. — Ты же их себе чистила!
— Ну и что же? Зато у мамы сегодня будет меньше работы,— сказала Лида.


 

О. Буцень

С кем дружить

 рассказ

Переехала Нюра на новую квартиру в другой район города. Жаль ей было расставаться со старой школой, особенно с подружкой Валей. В новой школе Нюра никого не знала. Поэтому на уроках она ни к кому не обращалась и к ней никто. Всё присматривалась Нюра к учительнице, к школьникам, к классу.
Как-то на большой перемене подошла к ней одноклассница Галя и спрашивает:
— Ты ещё ни с кем не дружишь?
— Нет,— отвечает Нюра.
— И я ни с кем не дружу,— вздохнула Галя.— Плохие у нас в классе девочки: Ленка — задавала, Вера — хитруля, Надя — врунья, а Ирка — задира.
Почти всех девочек перебрала Галя — все оказались плохими. Только про себя ничего не сказала.
— Просто не знаю, с кем ты можешь подружиться у нас?!
— Не волнуйся,— ответила Нюра.— С кем я подружусь, я еще не знаю. Зато знаю, с кем мне не надо дружить.
 

 

Р. Фраерман

Девочка с камнем

 рассказ

I

Школа, где училась Аня Мамедова, стояла на самом краю города, расположенного у подножия высоких гор.
Аня Мамедова была маленькая, очень маленькая даже для своих восьми лет — казахская девочка, с чёрными глазами, чёрными косичками, в которых красная ленточка казалась особенно яркой.
Ане трудно было учиться, труднее, чем другим детям, так как она плохо говорила по-русски.
Но ей хотелось говорить по-русски хорошо и учиться лучше других, поэтому никто раньше её не приходил на уроки.
Едва только часы, висевшие на стене в учительской, били восемь, как на пороге школы раздавался звонкий голосок:
— Здравствуй, Марья Ивановна! Вот и я пришёл!
Так говорила Аня учительнице.
И какова бы ни была на дворе погода: шёл ли дождь, который часто спускался в долину с гор по каменистой дороге, выпадал ли на короткое время рыхлый снег по колено, стояла ли такая жара, что даже птицы раскрывали клювы, голос девочки всегда звенел на пороге школы в своё время:
— Здравствуй, Марья Ивановна! Вот и он — я, Аня Мамедова.
 

Р. Фраерман

Девочка с камнем

 рассказ

II

Но однажды утром в долину по той же дороге, по которой приходили с гор дожди, спустилась на город огромная туча, вся в чёрных клочьях, страшных завитках, и налетел ураган. Как на цепях, заскрипел и закачался над улицей воздух. Сначала испугались птицы и улетели в гнёзда. Потом забились под дома собаки. Согнулись до земли молодые деревья, и посыпались с них зелёные, ещё пахучие листья.
Такой жестокий был ветер.
Марья Ивановна поспешила запереть все двери в школе и закрыть окна на крючки.
Она с тревогой смотрела на своё любимое дерево, росшее неподалёку у крыльца. Это был горный дуб, уже старый, с крупными листьями, крепко сидевшими на своих длинных черенках. Он один не сгибался под бурей. Но и он весь звенел и ронял на землю сучья, а шум его листвы проникал даже сквозь стены в школу, где сейчас, кроме учительницы, не было никого.
Учеников Марья Ивановна в тот день не ждала. Улица была пустынна. Лишь какой-то дерзкий мальчик пытался перебежать через неё. Но ветер сбил его с ног и унёс неизвестно куда его шапку.
Вдруг Марья Ивановна услышала под окном чей-то голос. Она поспешила выйти на крыльцо.
Ветер тотчас же обнял её за плечи и с силой повернул к стене. Но когда она обернулась, то увидела у крыльца маленькую девочку. Она держала в руках огромный камень.
— Вот и я пришёл! — сказала девочка.
Это была Аня Мамедова.
Лицо её было бледно, ветер рвал её чёрные косички с яркими ленточками, но маленькая фигурка стояла прямо и почти не качалась под бурей.
— Зачем ты принесла этот тяжёлый камень? Брось его скорей! — крикнула учительница.
— Я нарочно взяла его, чтобы ветер меня не унес. Я боялась опоздать в школу, а ветер не пускал, и я долго несла этот камень. И вот я пришла — Аня Мамедова. Дай скорей руку, — сказала девочка, напрягаясь изо всех сил, чтобы не выпустить своей ноши.
Тогда учительница, борясь с ветром, подбежала к Ане Мамедовой и крепко обняла её.
И так, обнявшись, они вдвоём вошли в школу, а камень бережно положили на крыльцо.
Ураган ещё шумел.
Но дуб, мимо которого они проходили, заслонил их от ветра, широко раскачивая над ними свои могучие ветви. Ему тоже понравилась эта девочка, которая принесла с собой тяжёлый камень, чтобы, не сгибаясь, крепко стоять под бурей.
Он и сам был такой.


 

Э. Шим

Про бодливых и пугливых

 рассказ

Мы ходили ухаживать за телятами. И Нина Петровна, телятница, нам сказала:
— Вы их не пугайте, пожалуйста. Не сердите, не обижайте!
Мы говорим:
— Что вы, Нина Петровна, разве мы обидим!
— А это,— говорит,— можно сделать нечаянно. Сам не заметишь, как обидел… Вот,— говорит,— бывает корова злая, бодливая. Или такая, что всего пугается. Или нервная очень, беспокойная. Замечали, небось?
— Замечали.
— Пастух обижается на таких коров. А обижаться не надо, эти коровы — несчастные.
— Даже самая бодливая — несчастная?
— Даже самая бодливая.
— Так она же бодается!
— А почему? Растили бы её нежно, ласково, так и выросла бы она ласковой… Ей бы и в голову не пришло бодаться!

В. Викторов

Причина

 стих

«Причина» — какое удобное слово!
Оно выручает лентяя любого.
Оно объясняет,
Оно покрывает,
Оно от стыда и позора спасает.
Не сделал,
Забыл,
Тяжело,
Далеко…
Причину найдешь —
И дыши глубоко!
С совестью мир,
Не запятнана честь…
Чего-то там нет,
Но причина-то есть!

Ребята, ребята,
Вы завтра — мужчины.
Не надо причин!
Не ищите причины!

А. Масс

Чапа

 рассказ

Мой папа — геолог. Он ищет нефть в пустыне. Однажды от него пришло письмо из экспедиции. Папа написал, что в том месте, где он сейчас работает, очень много черепах, и он поймал для меня одну, маленькую.

«ОНА НЕ БОЛЬШЕ ТВОЕЙ ЛАДОНИ, — писал папа большими печатными буквами, чтобы я мог прочитать письмо. — У НЕЁ ЕЩЁ ПАНЦИРЬ НЕ ОЧЕНЬ ТВЁРДЫЙ. Я ПОСАДИЛ ЕЁ В ЯЩИК ИЗ-ПОД ПОСЫЛКИ И КОРМЛЮ ОГУРЦОМ И ХЛЕБОМ. СИМПАТИЧНАЯ ОЧЕНЬ ЧЕРЕПАШКА. ОНА ТЕБЕ ПОНРАВИТСЯ».

Ещё бы она мне не понравилась! Я всем во дворе рассказал, какую мне папа поймал черепашку и как он её кормит огурцом и хлебом. Я прозвал её Чапа.

В каждом письме папа теперь специально для меня писал про черепашку:

«ОНА ДОВОЛЬНО ПРОВОРНАЯ. БЕГАЕТ ПО ЯЩИКУ, ТЫЧЕТСЯ В СТЕНКИ. Я ЕЙ НАСЫПАЛ В ЯЩИК ПЕСКУ, ЧТОБЫ ОНА ЧУВСТВОВАЛА СЕБЯ В ПРИВЫЧНОЙ ОБСТАНОВКЕ».

Да! Надо и мне подумать об уголке для Чапы. Песок-то у нас есть во дворе, а вот ящик?..

Мама сказала:

— Могу тебе дать коробку из-под ботинок.

— Нет, в коробке ей тесно будет.

Я вышел во двор и встретил Анюту. И она придумала, где ящик достать: возле ларька, где апельсины продают.

Мы выбрали ящик с наклейкой — аист, а в клюве у него апельсин. Поставили ящик в мою комнату, под окном. Мама разрешила взять пластмассовую мисочку, мы её закопали в песок по самый край, налили воды, и получилось как будто озеро.

В ожидании Чапы я поселил в ящике пластмассового крокодила, зайца и пожарную машинку.

Папа писал:
«РОТ У НЕЁ — КАК КЛЮВИК, А ПАНЦИРЬ — СВЕТЛО-КОРИЧНЕВЫЙ В ТЁМНЫХ РАЗВОДАХ, ЧТОБЫ НЕЗАМЕТНО БЫЛО СРЕДИ ПЕСКА. НАЗЫВАЕТСЯ «ЗАЩИТНАЯ ОКРАСКА».

Скорее бы, скорее бы увидеть Чапу, посмотреть, как она берёт хлеб своим клювиком!

«ЧТО-ТО ЗАГРУСТИЛА ЧЕРЕПАШКА, — написал папа в последнем письме. — СВОЙ ЛЮБИМЫЙ ОГУРЕЦ И ТОТ НЕ ЕСТ. НА ЗАДНИЕ НОЖКИ ПРИВСТАНЕТ, ПЕРЕДНИМИ О СТЕНКУ ЯЩИКА ОБОПРЁТСЯ, ШЕЙКУ ВЫТЯНЕТ И ПОДОЛГУ ТАК СТОИТ».

Я подумал: а ведь и правда загрустишь. Если бы, например, меня в ящик посадили, даже в самый просторный, — я бы ещё как загрустил! Главное, я бы знал, что все ребята во дворе бегают, а я — в ящике. Нет, я её, конечно, буду выпускать, пускай по квартире ползает. Но всё равно для неё и вся наша квартира будет вроде большого ящика. Она ведь к пустыне привыкла.

Однажды мама сказала:

— Угадай, что завтра случится хорошее?

— Черепашка приедет! — догадался я.

— Бессовестный ты всё-таки, Андрюшка! Папа! Папа завтра приезжает.

— Ну да, папа, — согласился я, — и привезёт черепашку.

Утром мама сказала:

— Творог и молоко на столе. Ешь, а я буду пирожки печь.

И она стала печь пирожки с капустой.

Наконец раздался долгожданный звонок. Папин звонок! Мы с мамой наперегонки побежали открывать дверь. Папа был такой загорелый — просто чёрный, только зубы сверкали. Он обнял маму, потом подхватил меня на руки и подкинул.

— Ого, как вырос!

— Папа, открой скорее чемодан! — потребовал я. — Она же задохнётся!

— Кто? — спросил папа.

— Как кто? Черепашка!

Папа сказал смущённо:

— Ты уж прости меня. Я её отпустил.

— Как?..

— Понимаешь, — сказал папа, — я её перед самым отъездом вынул из ящика — пусть, думаю, в последний раз прикоснётся к родной земле. Положил её на песок, а она как припустит! Бежит от меня, только ямки в песке от её ног остаются. Я бы мог её, конечно, догнать… Но пожалел. Я подумал: Андрей меня поймёт. Не рассердится.

А я и не рассердился. Наоборот, обрадовался. Я бы точно так же поступил на папином месте!

 

С. Баруздин

Забракованный мишка

 рассказ

На киностудии снимали новый фильм. В фильме должна была быть такая сцена. В избу, где спит уставший с дороги человек, залезает медведь. Человек в испуге просыпается. Еще больше пугается, увидев человека, медведь. Он убегает в окно. Вот и все. Пустяковая сцена, на две минуты.

Работникам студии потребовался медведь. Чтобы долго не искать, решили взять мишку из цирка. В городе как раз шла программа, в которой выступал дрессировщик медведей.

Наутро дрессировщик привез на студию самого крупного медведя.

— Вы его не бойтесь, — сказал дрессировщик. — Мой Топтыгин совсем ручной.

В подтверждение его слов медведь добродушно облизал всем руки, охотно съел предложенное ему пирожное, а, обнаружив в одном из залов студии велосипед, ловко прокатился на нем.

— Действительно, артист! — обрадовался режиссер. — Нам именно такой и нужен. Мы его даже без репетиции снимем!

В павильоне студии была построена часть избы — с окном и дверью и с лавкой у стены. В дверь мишка должен был войти, в окно — выскочить.

Настал день съемок. Приготовили аппараты. Артист лег на лавку, притворился спящим. Режиссер дал команду. Включили яркий свет. В приоткрытую дверь избы дрессировщик впустил медведя. И тут произошло неожиданное.
Попав на яркий свет, мишка встал на задние лапы и начал танцевать. Затем он несколько раз перекувырнулся через голову и, довольный, уселся посреди избы.

— Нет! Нет! Отставить! Так не пойдет! — закричал режиссер. — Почему он танцует и кувыркается? Это же дикий медведь!

Смущенный дрессировщик виновато увел медведя за декорации. Все начали сначала. Опять команда. Опять артист растянулся на лавке. Опять включили яркий свет.

Мишка, просунувшись боком в полуоткрытую дверь избы, увидел яркие лучи прожекторов, тут же поднял задние лапы и прошелся «на руках».

— Стоп! Отставить! — закричал раздосадованный режиссер. — Неужели нельзя ему как-нибудь объяснить, что все это не нужно?

Но объяснить мишке было трудно.

Так прошел весь день. И следующий. И еще один. И все равно, как только начиналась очередная съемка и мишка попадал под свет прожекторов, он начинал старательно выполнять знакомые ему цирковые номера.

Наконец режиссер не выдержал.

— Ваш медведь нам не подходит, — сказал он дрессировщику. — Он, видите ли, артист, а нам нужен простой, необразованный медведь…

Так и пришлось дрессировщику увести своего «забракованного» Топтыгина.

Зато сам мишка, по-видимому, остался очень доволен тем, что так хорошо выполнил свою программу. Уходя из студии, он вежливо со всеми раскланялся: мол, будьте здоровы, друзья, до следующего представления! 

 

Самые пронзительные детские рассказы о совести — Общество

Рубрики

КулинарияДети и семьяШоу-бизнесПолитикаЗдоровьеПоказать всеМоя лентаЧАТЫОпросыБлогерыГлас народаПопулярноеОбсуждаемоеПоказать всеМессенджер МТО компанииО редакции ГлагоLНовостиПартнерамРекламодателямОбратная связьПожаловаться на спамСоглашениеМатериал, выбранный редакторами МиртесенРЕБЁНОК.РУ

Самые пронзительные детские рассказы о совести

Материал, выбранный редакторами МиртесенКузьминки

Газон во дворе на Шумилова покрылся собачьими «минами»

Материал, выбранный редакторами МиртесенНижегородская правда

Работы по благоустройству сквера на улице Родионова начнутся, когда растает снег

Материал, выбранный редакторами Миртесенnovostivolgograda

Пробка из-за ДТП закрыла въезд на ГЭС из Волгограда

Материал, выбранный редакторами Миртесен78.ru

Между Петербургом и Москвой запустят дополнительные ночные поезда

Материал, выбранный редакторами Миртесенinkazan

Казанцы пожаловались на собачьи фекалии

Материал, выбранный редакторами МиртесенКарелия.ньюс

Метель и сильный ветер: прогноз погоды на 26 марта

Материал, выбранный редакторами МиртесенАбсолютный рейтинг

Почему с русскими боятся воевать. И это вовсе не из-за ядерной бомбы

229

Материал, выбранный редакторами МиртесенНТВ

Петербургская «Ночлежка» открыла ресторан с особым штатом поваров и официантов

Материал, выбранный редакторами МиртесенBerg PRESS

Осадки, туман и гололед: какая погода ожидает казахстанцев в выходные

Материал, выбранный редакторами МиртесенАбсолютный рейтинг

Вот какой был план у НАТО. Россия утонула бы в войне

Материал, выбранный редакторами МиртесенУдалён

Погода в Крыму 26 марта

Материал, выбранный редакторами Миртесен360

Жителям Калининграда пообещали теплые выходные

Материал, выбранный редакторами МиртесенАбсолютный рейтинг

У Европы не будет ни еды, ни топлива. А скоро там будут банды

Материал, выбранный редакторами Миртесенkarelinform

Жесткий шторм обрушится на Карелию

Материал, выбранный редакторами МиртесенBobruin.by . Мой Бобруйск

Падпісана дамова паміж Бабруйскім райвыканкамам і ААТ ´БНБК-Агра´.

Материал, выбранный редакторами МиртесенТСН24

На проспекте Ленина в Туле произошло ДТП с участием иномарки и маршрутного такси

Материал, выбранный редакторами МиртесенРОСБАЛТ

«Возрождение нашей страны вполне возможно»

Материал, выбранный редакторами МиртесенАрбузные истории

Яблочный уксус и мифы, связанные с этим продуктом

Материал, выбранный редакторами Миртесенrostovgazeta

Ростовчан предупредили о штормовом ветре 27 марта

Материал, выбранный редакторами МиртесенАбсолютный рейтинг

Куда ушли запорожские казаки, когда их разгромили при Екатерине II

135

Материал, выбранный редакторами Миртесен78.ru

«Жёлтый» уровень опасности из-за сильного ветра в Петербурге продлится до 28 марта

Материал, выбранный редакторами МиртесенОрелtimes

Непогода придёт в Орёл уже в субботу

Материал, выбранный редакторами МиртесенИнформационный Центр Правительства Москвы

В районе Богородское будет построена школа на 600 мест

Материал, выбранный редакторами МиртесенВся история

Три сестры : как сложилась судьба буфетчиц из Карнавальной ночи

Материал, выбранный редакторами Миртесенnovostivolgograda

Один из районов Волгограда останется 26 марта без электроэнергии

Материал, выбранный редакторами МиртесенЗВЕЗДНЫЙ БУЛЬВАР

Совет ветеранов СВАО отметил 30-летие

Материал, выбранный редакторами МиртесенNeva.Today

Шквалистый ветер и снегопад несет в Петербург «желтый» уровень погодной опасности

Материал, выбранный редакторами МиртесенГОЛОС НЕКРАСОВКИ

Обсыпавшийся пандус на 2-й Вольской отремонтируют в апреле

Материал, выбранный редакторами МиртесенГлагоL

Время минорых треков: обзор главных музновинок недели

Материал, выбранный редакторами МиртесенКалуга-поиск

Прогулка косуль, инцидент с детьми и штормовое предупреждение: главное за день

Материал, выбранный редакторами МиртесенМинистерство просвещения Российской Федерации

В «Смене» отметят Всемирный день театра

Материал, выбранный редакторами МиртесенПРОСТО о ПОЛИТИКЕ

Двойной подарок «недружественным»

Материал, выбранный редакторами МиртесенВести Кузбасс

Вести-Кузбасс в 21:05 от 25.03.2022

Материал, выбранный редакторами МиртесенРегион 29

В 2022 году в Северодвинске начнут ремонт Юбилейной улицы

Материал, выбранный редакторами МиртесенВечерняя Москва

Столичное МЧС предупредило москвичей о мокром снеге и ветре с порывами до 20 м/с

Материал, выбранный редакторами МиртесенГлагоL

В Москве задержан украинский шпион «Малыш»

Материал, выбранный редакторами МиртесенВечерняя Москва

Синоптик спрогнозировал резкое падение давления в выходные в столице

Материал, выбранный редакторами МиртесенMeMo-Logic

Арендатор семьи Баталова дал неожиданные показания: тайком сменили собственника

Материал, выбранный редакторами МиртесенВся.рф

На перекрёстке улиц Энтузиастов и Весенняя проводятся ремонтные работы

Материал, выбранный редакторами МиртесенПРОСТО о ПОЛИТИКЕ

Досужие мысли о ситуации

Картина дня

Совесть | Детский рассказ | СЕМЬЯ и ВЕРА

Здравствуйте юные посетители сайта «Семья и Вера»!

Почему от плохих поступков так щемит в сердце? И настроение куда-то улетучивается? Наверное, каждому из Вас приходилось сталкиваться с таким состоянием, когда просыпается наша совесть и не дает нам покоя, пока мы не исправим ошибку.

Предлагаем Вашему вниманию рассказ Елены Черкашиной про мальчика, совесть которого не дремлет и всегда поможет правильно оценить поступок.

СОВЕСТЬ
Елена Черкашина

Обычно всю рабочую неделю Ванюша жил не с родителями, а у бабушки. А на выходные родители его забирали домой. У бабушки Ване очень нравилось. С бабушкой они много гуляли, читали книжки. И вообще – бабушка была очень заботливой.

– Бабуль, пойдем в парк! Я видел из окна, что туда сейчас Алеша с мамой пошел.

– Да, мой дорогой, сейчас пойдем. Я только вот посуду домою и тете Наташе позвоню. И пойдем.

– Ну, не звони сейчас! Потом позвонишь. Пошли сейчас!

– Ванюша, да что ты переживаешь? Я же только спрошу, не нужно ли ей что-либо. Она ведь приболела, живет одна. Сын постоянно в командировках. А ей, может, лекарства нужны или продукты? Вот мы с тобой тогда погуляем, в аптеку и в магазин зайдем и ей все занесем.

Ваня очень расстроился: вот еще! А если и вправду надо будет заходить в аптеку, в магазин, а потом еще с бабушкой идти к ее подруге…

– Вот уже домываю посуду, сейчас позвоню и пойдем… – успокаивала бабушка.

«Не хочу! Надо, чтобы бабушка не звонила», – решил он.

Ванюша быстро вбежал в комнату. На тумбочке, как всегда, лежала записная книжка с номерами телефонов бабушкиных подружек. Не тратя время, Ваня бросил книжку в ящик со своими игрушками.

В это время бабушка радостно объявила:

– Ну вот и все!

Войдя в комнату, она подошла к тумбочке.

– И куда же я ее могла положить? Ведь она всегда лежала здесь… – рассуждала бабушка вслух, ища книжку.

Время шло, а бабушка все искала и искала.

– Бабушка, ну пойдем! А то Алеша уже давно гуляет!

– Ну ладно. Пошли. Как неудобно.. Не позвонить больному человеку. А если ей нужно помочь?

Они пришли в парк. Алеша и еще какой-то мальчик кружились на качелях. Ванюша побежал к ним. Время пролетело быстро, и вот все вместе пошли домой.

Тут бабушка обратилась к Алешиной маме:

– Не могли бы вы мне помочь? Дело в том, что у меня подруга приболела, а я по рассеянности потеряла записную книжку и не смогла позвонить и узнать, нужно ли ей лекарство или продукты? Теперь придется идти к ней. А потом, возможно, и сходить в аптеку, в магазин. Если бы позвонили, то мы бы с Ванюшей по пути все сделали, а теперь мне его жалко заставлять столько со мною ходить. Пусть бы он у вас побыл, пока я все дела сделаю?

– Да, конечно! Им даже веселее вместе будет, – ответила мама Алеши.

Ванюша с Алешей и его мамой пошли домой, а бабушка поспешила в другую сторону.

– Хорошая у тебя бабушка, добрая, – сказала Алешина мама.

– Любит Ванюшку! – с умным видом добавил Алеша.

Ванюша оглянулся: в конце аллеи еще была видна бабушка, спешащая помочь подруге.

Вдруг сердце Ванюши сжалось от какого-то сильного чувства. Ему было нестерпимо стыдно, почти до слез. Алеша весело о чем-то говорил, а Ванюша уже ничего и не слушал. Ему было очень жаль бабушку. Какая она ласкова, заботливая. А теперь она так сильно устанет. Из-за него.

В гостях у Алеши время тянулось. Ванюша ждал звонка в дверь. Он представлял, как бабушка спешит все сделать, чтобы поскорее его забрать.

Наконец – долгожданный звонок в дверь. И усталая, но, как всегда, улыбающаяся бабушка за руку ведет Ванюшу домой.

И вот она уже привычно с ласковыми шутками поставила на стол ужин для Вани и устало села напротив. Взгляд ее был очень внимательный. И Ване показалось, что в этом взгляде был вопрос… Ванюша с опущенной головой подошел к бабушке вплотную и пробормотал под нос сквозь подступающие слезы:

– Бабуля, прости меня! Это я спрятал твою книжку.

Бабушка прижала его к себе и заговорщически сказала:

– А я уже и догадалась…

– Как?! И ты ничего не сказала? Ты же много из-за меня ходила, устала!

– Да, конечно, так… Но я же очень люблю тебя и эти твои слова, вот это твое раскаяние – большая радость для меня. Ты ведь сделал очень важное дело: ты сам нашел свою ошибку, ее осудил и не побоялся в этом признаться…

– А ты меня вправду совсем-совсем простила?

– Конечно! Хорошо, что у тебя совесть не спит. А то бывает, что события жизни чью-то совесть будят-будят, а она, словно мишка зимой в берлоге, спит себе и лапу сосет… – засмеялась бабушка и глаза ее засветились огоньками радости.

Ванюша не мог уснуть. Перед глазами возникали картинки воспоминаний: вот тетя Наташа встречает их с бабушкой всегда радостно. А потом представилось, что она одна в квартире, больная и печальная. От этих мыслей Ванюше стало очень грустно. Он встал с постели и вышел из комнаты. Бабушка не кухне гладила стираные вещи и тихонько что-то напевала.

– Что случилось? Ванюша, почему не спишь?

Ваня молча прижался к бабушке.

Бабушка поняла его:

– Ничего, мой дорогой, нет людей, которые не ошибались бы… Главное, как они потом свои поступки оценивают. Если совесть за дело взялась, значит, она в человеке хозяйка. А это очень хорошо. В следующий раз она уже не проглядит ошибку! Иди, мой дорогой, спать. Все хорошо.

– Бабуля, а пойдем завтра к тете Наташе. Может, ей еще чего-нибудь надо? – сказал Ванюша.

Бабушка улыбнулась. Она поняла, что Ване было очень нужно не просто попросить прощение у нее, а еще и делом исправить свой поступок.

– Да, ты прав, мой родной. Она и вправду могла постесняться еще что-то попросить. Завтра сходим.

Ваня улыбнулся. Бабушка наклонилась, чтобы поцеловать внука, и Ваня шепнул ей прямо в ухо:

– Я так сильно тебя люблю!

Ванюшка быстро нырнул под одеяло. Теперь перед его глазами поплыли картинки завтрашнего дня: вот они с бабушкой входят во двор тети Наталии, вот она радуется их приходу, вот… А что было дальше, Ванюша увидеть не успел – крепкий и сладкий сон унес его в страну красивых сказок…

Как хорошо иметь чистую советь, не засоренную скверными, подлыми делами, чтобы спокойно, крепко спать. Будем же всегда, дорогие друзья, внимательно следить за своими поступками, чтобы никого не обидеть и не огорчить, тогда и совесть наша будет спокойна.

Испытай сам| Рассказ + аудио

 << На главную страницу        на Детскую рубрику >>

примеры из литературы, произведения про совесть / Справочник :: Бингоскул

Совесть по Достоевскому – это действие Бога в человеческой душе. Писатель отождествляет муки совести с физической болью, душевными терзаниями. Суворов описывает ощущение совести как нежное прикосновение к сердцу. Она выступает в роли проводника, следующего повсюду за человеком, освещая его путь. Главное задание совести – уберечь людей от роковых ошибок, помочь осознать свои пороки, выбрать правильное решение. 

Чувство стыда перед собой – это яркое проявление совестливости по древнегреческому философу Демокриту. Каждая страна в международных отношениях действует по совести, аналогично должны поступать люди. Это гарантия доверительного сотрудничества, дружбы, брака.

Тема совести в русской литературе

Моральной ответственностью называют переживания, удовольствие от собственных поступков. Это может быть совершенное или планируемое действие. Любой индивид сталкивается с этим ощущением. Писатели девятнадцатого века сравнивали совесть с судьей. Произведения про совесть – один из распространенных стилей в литературе. Авторы неустанно твердят о ее значении в жизни человека. 

Проблема нравственности актуальна в любой временной период, их классифицируют как вечные. Известный писатель Качалков посвятил понятию моральной ответственности многие рассказы. В одном из них главный герой – Сергей Плетенкин – смог заработать легкие деньги, обрадованный, довольный собой пришел домой. После тщательного анализа собственных поступков он ощущает стыд, чувство вины.

Человек задумывается о последствиях своих действий, оценивает их влияние на жизнь других людей. Память постоянно возвращает его к событиям, когда он переступил через моральные принципы. Чувство не получается обмануть хитрыми оправданиями, многословными доказательствами. В литературе тест на совесть проходит каждый персонаж.

Примеры совести в литературных произведениях

Писатели всех времен поднимают вопрос нравственности. Это отдельный класс произведений, в заключении которых можно увидеть результат жестоких поступков, обмана, предательства. Как проявляется совесть – примеры из литературы:

  • Роман Федора Достоевского – «Преступление и наказание». О тематике чувства вины говорит заглавие произведения. Главным героем является Раскольников, пытающийся доказать, что относится к высшему классу людей. Персонаж совершает убийство, чтобы доказать себе собственное величие, забрать материальные ценности. В повествовании Федора Достоевского мукам совести посвящено несколько глав. В завершении герой сам признается в злодеянии;

  • Рассказ Астафьева – «Конь с розовой гривой». Главный герой – ребенок. Он крадет бабушкины ягоды, чтобы поделиться с другими детьми. Корзинку накрывает травой, чтобы бабушка не заметила. Однако чувство вины не дает ему заснуть, ребенок признается в воровстве, получая в подарок пряники;

  • Михаил Лермонтов. «Герой нашего времени». Эгоистичная натура главного действующего лица теряет интерес к жизни. Для развлечения он разрушает судьбы окружающих, бросает любящих его людей. К концу романа герой чувствует, что его душа и жизнь разрушены. Ежедневно его душа неспокойна;

  • Альберт Лиханов. «Мой генерал». Главные персонажи – дедушка, внук. Ребенок хвастается, что дедушка воевал, война принесла ему награды, он известный летчик. В действительности Антон Павлович – кладовщик, внук стыдится его. Только после смерти пожилого человека он осознал свою ошибку, придя на могилу дедушки.

Виктор Голявкин — Совесть читать онлайн

Виктор Владимирович Голявкин, Павел Александрович Васильев, Яков Ноевич Длуголенский, Сергей Евгеньевич Вольф, Аделаида Александровна Котовщикова, Николай Андреевич Внуков, Радий Петрович Погодин, Борис Маркович Раевский

Совесть

Виктор Владимирович Голявкин

Совесть

Когда-то была у Алёши двойка. По пению. А так больше не было двоек. Тройки были. Почти что все тройки были. Одна четвёрка была когда-то очень давно. А пятёрок и вовсе не было. Ни одной пятёрки в жизни не было у человека. Ну, не было — так не было, ну что поделаешь! Бывает. Жил Алёша без пятёрок. Рос. Из класса в класс переходил. Получал свои положенные тройки. Показывал всем четвёрку и говорил:

— Вот, давно было.

И вдруг — пятёрка! И главное, за что? За пение. Он получил эту пятёрку совершенно случайно. Что-то такое удачно спел — и ему поставили пятёрку. И даже ещё устно похвалили. Сказали: «Молодец, Алёша!» Короче говоря, это было очень приятным событием, которое омрачалось одним обстоятельством: он не мог никому показывать эту пятёрку. Поскольку её вписали в журнал, а журнал, понятно, на руки ученикам, как правило, не выдаётся. А дневник свой он дома забыл. Раз так, — значит, Алёша не имеет возможности показывать всем свою пятёрку. И поэтому вся радость омрачалась. А ему, понятно, хотелось всем показывать, тем более, что явление это в его жизни, как вы поняли, редкое. Если пятёрка была бы в тетрадке, к примеру, за решённую дома задачу или же за диктант, тогда проще простого. То есть ходи с этой тетрадкой и всем показывай. Пока листы не начнут выскакивать.

На уроке арифметики у него созрел план: украсть журнал! Он украдёт журнал, а утром его принесёт обратно. За это время он может с этим журналом обойти всех знакомых и незнакомых. Короче говоря, он улучил момент и украл журнал на переменке. Он сунул журнал себе в сумку и сидит как ни в чём не бывало. Только сердце у него отчаянно стучит, что совершенно естественно, поскольку он совершил кражу. Когда учитель вернулся, он так удивился, что журнала нет на месте, что даже, ничего не сказал, а стал вдруг какой-то задумчивый. Похоже было, что он сомневался — был журнал на столе или не был, с журналом он приходил или без. Он так и не спросил про журнал: мысль о том, что кто-то из учеников украл его, не пришла ему даже в голову. В его педагогической практике такого случая не было. И он, не дожидаясь звонка, тихо вышел, и видно было, что он здорово расстроен своей забывчивостью.

А Алёша схватил сумку и помчался домой. В трамвае он вынул журнал из сумки, нашёл там свою пятёрку и долго глядел на неё. А когда он уже шёл по улице, он вспомнил вдруг, что забыл журнал в трамвае. Когда он это вспомнил, то он прямо чуть не свалился от страха. Он даже сказал «ой» или что-то в этом роде. Первая мысль, какая пришла ему в голову, — это бежать за трамваем. Но он быстро понял (он был всё-таки сообразительный!), что бежать за трамваем нет смысла, раз он уже уехал. Потом много других мыслей пришло ему в голову. Но это были всё такие незначительные мысли, что о них и говорить не стоит.

У него даже такая мысль появилась: сесть на поезд и уехать на Север. И поступить там где-нибудь на работу. Почему именно на Север, он не знал, но собирался он именно туда. То есть он даже и не собирался. Он на миг об этом подумал, а потом вспомнил о маме, бабушке, о своём отце и бросил эту затею. Потом он подумал, не пойти ли ему в бюро потерянных вещей; вполне возможно, что журнал там, но вдруг возникнет подозрение. Его наверняка задержат и привлекут к ответственности. А он не хотел привлекаться к ответственности, несмотря на то, что этого заслуживал.

Он пришёл домой и даже похудел за один вечер. А всю ночь не мог уснуть, и к утру, наверное, ещё больше похудел.

Во-первых, его мучила совесть. Весь класс остался без журнала. Пропали отметки всех друзей. Понятно его волнение. А во-вторых — пятёрка. Одна за всю жизнь — и та пропала. Нет, я понимаю его. Правда, мне не совсем понятен его отчаянный поступок, но переживания его мне совершенно понятны.

Итак, он пришёл утром в школу. Волнуется. Нервничает. В горле комок. В глаза не смотрит.

Приходит учитель. Говорит:

— Ребята! Пропал журнал. Какая-то оказия. И куда он мог деться?

Алёша молчит.

Учитель говорит:

— Я вроде бы помню, что я приходил в класс с журналом. Даже видел его на столе. Но в то же время я в этом сомневаюсь. Не мог же я его потерять по дороге, хотя я очень хорошо помню, как его взял в учительской и нёс по коридору…

Некоторые ребята говорят:

— Нет, мы помним, что журнал лежал на столе. Мы видели.

Учитель говорит:

— В таком случае, куда он делся?

Тут Алёша не выдержал. Он не мог больше сидеть и молчать. Он встал и говорит:

— Журнал, наверное, в камере потерянных вещей…

Учитель удивился и говорит:

— Где-где?

А в классе засмеялись.

Тогда Алёша, очень волнуясь, говорит:

— Нет, я вам правду говорю, он, наверное, в камере потерянных вещей… он не мог пропасть…

— В какой камере? — говорит учитель.

— Потерянных вещей, — говорит Алёша.

— Ничего не понимаю, — говорит учитель.

Тут Алёша почему-то испугался, что ему здорово влетит за это дело, если он сознается, и он говорит:

— Я просто хотел посоветовать…

Учитель посмотрел на него и печально так говорит:

— Не надо глупости говорить, слышишь?

В это время открывается дверь и в класс входит какая-то женщина и в руке держит что-то завёрнутое в газету.

— Я кондуктор, — говорит она, — прошу прощения. У меня сегодня свободный день — и вот я нашла вашу школу и класс, и в таком случае возьмите ваш журнал.

В классе сразу поднялся шум, а учитель говорит:

— Как так? Вот это номер! Каким образом наш классный журнал оказался у кондуктора? Нет, этого не может быть! Может быть, это не наш журнал?

Кондукторша лукаво улыбается и говорит:

— Нет, это ваш журнал.

Тогда учитель хватает у кондуктора журнал и быстро листает.

— Да! Да! Да! — кричит он. — Это наш журнал! Я же помню, что нёс его по коридору…

Кондукторша говорит:

— А потом забыли в трамвае?

Учитель смотрит на неё широко раскрытыми глазами. А она, широко улыбаясь, говорит:

— Ну конечно! Вы забыли его в трамвае.

Тогда учитель хватается за голову и говорит:

— Господи! Что со мной происходит. Как я мог забыть журнал в трамвае? Это ведь просто немыслимо! Хотя я помню, что нёс его по коридору… Может, мне уходить из школы? Я чувствую, мне всё труднее становится преподавать…

Кондукторша прощается с классом, и весь класс ей кричит «спасибо», и она с улыбкой уходит.

Читать дальше

Рассказ Совесть заговорила

    Дима Тепляков с тревогой раскрыл тетрадь — контрольную работу по арифметике. Первое, что ему бросилось в глаза красным карандашом написанное весёлое слово «хорошо». Глаза обрадованно забегали по странице и увидели в правом нижнем углу невесёлую двойку.
    Дима очень удивился и медленно прочитал всю фразу: почерк у Николая Михайловича был красивый, но не очень разборчивый.
    «Хорошо списано у Володи Кузьмина».
    Вот тебе раз!.. Но как Николай Михайлович догадался?! Одинаковые ошибки, вот что подвело! Но почему Николай Михайлович так уверен, что именно Дима списывал у Володи, а не наоборот?
    Возвращаясь домой, Дима с грустью думал: до чего всётаки ему не везёт в жизни. Думал и о том, какое это недоразумение, что Николая Михайловича все считают близоруким.
    А тут ещё председатель совета отряда Серёжа Конёнков и звеньевой Витя Ивашов, Димины попутчики, пилили его с двух сторон, как будто напополам хотели разрезать большой пилой, без всякого снисхождения.
— Не понимаю, зачем ты с Володькой дружишь,— говорил Витя,—он тебя разлагает.
— А ещё все радовались на прошлом сборе, что ты стал твёрдым троечником!—Это Серёжа потянул «пилу» в свою сторону.
    Дима расстроенно молчал. Мальчики дошли до ворот и остановились. Серёжа и Витя жили в небольшом домике во дворе, Витя на первом этаже, а Серёжа на втором. Диме нужно было перейти улицу к высокому дому напротив.
    И вдруг Диме стало грустно расставаться и идти куда-то одному.
    Как хорошо дружат Серёжа и Витя. И живут рядом. А с Володькой Кузьминым, хоть и сидишь за одной партой…
    Серёжа понял Димино грустное настроение и вдруг сказал:
— Хочешь, зайдём ко мне, мы с Витей тебя ещё немножко проработаем?
    По его тону Дима понял, что нравоучений больше не будет. К тому же уроки кончились раньше обычного: не было физкультуры. Значит, мама не ждёт… тем более не ждёт двойку по арифметике… и нечего спешить с этой двойкой…
    Дима вошёл в ворота вместе с Серёжей и Витей.
— Кого это прорабатывать и за что?
    От сарая с охапкой дров шла Витина старшая сестра Лена. Мальчики сейчас же рассказали ей, за что «прорабатывали» Диму.
— Ай, ай, ай!— Лена укоризненно покачала головой, отчего зашевелились, как живые, толстые белокурые косы — одна спереди лежала, через плечо, прихваченная вместе с дровами, другая висела за спиной, ярко выделяясь на тёмно-красном джемпере.
    Лена была всего года на четыре старше брата, но Диме она казалась очень солидной и взрослой. Мама не мама, а так, вроде чьей-то тёти,— смотрит на них, на маленьких третьеклассников, сверху вниз.
— Иди обедать, Витя,— сказала она.
— Я сейчас, только к Серёже на минутку зайду. Лена уже стояла на крыльце и открывала дверь кончиком туфли.
— Не задерживайся, мне скоро в школу на собрание идти.— Она исчезла в сенях, прикрыв за собой дверь всё с той же ловкостью, при помощи ноги.
    В глубине двора зашипел белый сварочный огонь. Пахло карбидом.
— Что это?— спросил Дима.
    Там стоял большой грубый стол на железных ножках. На столе с обеих сторон тиски. Две девушки в комбинезонах что-то делали с длинной узкой трубой, похожей на газовую трубу.
— Это нам теплоцентраль проводят,— сказал Серёжа,— стояк гнут.
— Хорошо вам будет. С дровами не возиться. Дима отвлёкся немного, наблюдая за работой девушек. Потом вспомнил про неудачу с арифметикой и снова загрустил. Серёжа открыл дверь своим ключом — в квартире не было никого.
— Пообедаешь со мной? — спросил Диму.
— Нет, нет, спасибо, я домой обедать пойду.
— Ладно, тогда посиди у меня в комнате, а я погрею суп. Витя сказал:
— Дай мне полотенце, у меня все руки в чернилах,— и тоже пошёл в кухню вместе с Серёжей.
    Дима присел на диван в углу у окна и стал разглядывать комнату.
    Сохранились ещё такие дома на окраинах города: с низкими подоконниками, с белым кафелем голландских печей…
    Белый кафель напомнил Диме тетрадь в клеточку, с неудачной контрольной работой. Интересно, если бы сам сделал задачу, не списывал бы у Володи Кузьмина, что тогда? Не такая уж трудная задача… Тройка, во всяком случае, была бы, а может быть, и целая четвёрка… В последнем вопросе даже засомневался, правильно ли перемножено у Володи, сделал по-своему, а потом перечеркнул и написал с ошибкой, как у Володи…
— Ах, Дима, Дима! Списывать нечестно!
    Дима даже вздрогнул от неожиданности и громко спросил:
— Кто это?
    Молчание. В комнате не было никого… Где-то там, в кухне или в ванной, переговариваются Серёжа и Витя…
    Так кто же это сказал, что нечестно списывать?
    Голос был низкий, глуховатый, слова прозвучали совсем близко, рядом… Диме казалось, что заговорил диван, на котором он сидел.
    Стараясь не пугаться, Дима спросил:
— Кто здесь?
    В коридоре шаги. Вошли Серёжа и Витя.
— Это мы, Димка,— сказал Серёжа, открывая буфет.
— Кто у вас в комнате спрятался?—спросил Дима.
— Как кто?— удивился Серёжа.— Нет здесь никого.
— Кто-то сейчас мне сказал…
— Что сказал?
— Сказал: «Ах, Дима, Дима! Списывать нечестно!»
— Кто же мог сказать? Мы с Витей были в кухне. Витя засмеялся:
— Это, Димочка, у тебя совесть заговорила! Серёжа и Витя опять ушли в кухню. Всё тот же глуховатый голос подтвердил:
— Да, Дима, я — твоя совесть.
— Врёте вы всё! — крикнул Дима, стукнув по дивану рукой.— Никакой совести не бывает!
— Как не бывает совести? — удивился таинственный голос.— Нет, Дима, совесть есть у каждого человека. Только иногда совесть засыпает, и люди забывают о ней, а потом совесть пробуждается и начинает говорить…
— Ну и что? — спросил Дима, заглядывая за диванные подушки.
— Как что? И тогда человек начинает раскаиваться. Ты разве не раскаиваешься, что списывал у Володи Кузьмина?
— Раскаиваюсь,— пробормотал Дима.
    Он отогнул один валик, другой… Даже под диван заглянул, хотя под таким диваном не могла бы спрятаться даже кошка. Диван, с двумя валиками и тремя твёрдыми пёстрыми подушками, стоял на полу так же плотно, как стоит шкаф, пожалуй, даже подметать под ним нельзя было, не отодвигая.
    Посередине комнаты большой обеденный стол. Дима заглянул под скатерть… У двери — буфет. Серёжа оставил его приоткрытым, когда доставал хлеб… Ничего в буфете не видно, кроме тарелок и банок… Занавески на окнах тюлевые, прозрачные.
— Что ты бегаешь, Дима, стулья передвигаешь? — спросил всё тот же голос.— Сядь, поговорим. Кого ты ищешь?
— Тебя ищу!— полуиспуганно, полусердито ответил Дима. Он сел, но не на диван, а на стул около обеденного стола.
— Правильно делаешь, что меня ищешь. Потерять совесть — это большая беда!
    Голос слышался всё в том же углу… Димина совесть была спрятана в диване — это ясно.
    Очень просто! У таких диванов откидывается сиденье, а там…
    Дима отогнул оба валика, приподнял сиденье дивана… Оно приподнималось легко, как крышка сундука. Диван внутри —
    обыкновенный деревянный ящик… почти пустой. Аккуратно сложенные одеяло и простыни… больше ничего там не было.
    Дима торопливо опустил сиденье и опять сел на диван, ничего не понимая.
— Ты меня больше не теряй, Дима,— сказала совесть.— А уж теперь, раз я в тебе заговорила, я тебя, Дима, замучаю!
    Диме вдруг показалось, что он просто спит, сидя у Серёжи на мягком диване… Заснул—и всё это ему снится… как он искал под столом… и в буфете… как шумит вода в ванной, а в кухне Серёжа негромко позвякивает посудой… и голос совести…
    Дима знал, что в таких сомнительных случаях — когда человек хочет проверить, спит он или не спит,— нужно ущипнуть себя за руку. Но он не был уверен, что, собственно, должно при этом произойти. К тому же он пожалел ущипнуть себя слишком больно. Щипок за руку ничего не выяснил.
— Дима, ты — пионер?— спросила совесть.
— Да.
— Пионер — а списываешь! Видишь, как я тебя мучаю! Кем ты хочешь быть, когда вырастешь?
— Я ещё не знаю.
— Ты, кажется, интересуешься техникой, будешь мастером или инженером… Если мастером на заводе — придётся заглядывать в соседний цех, смотреть, как там другой мастер распоряжается,— и делать то же самое, что он. А станешь инженером, будешь списывать дипломные работы, проекты, диссертации… Скажут тебе, например: «Рассчитайте, товарищ Тепляков, как реку Печору повернуть на юг, чтобы она впадала в Каспийское море?» Ты сейчас же побежишь к инженеру Кузьмину: «Володька, дай списать!» А инженер Кузьмин разведёт руками: «Знаешь, Димка, у меня совсем другое задание: завтра улетаю на Марс, буду там строить атомную электростанцию. Сам бы охотно списал у кого-нибудь проект, да уже не успею. А на месте подсказки не жди: марсиане понашему ещё не научились». Так ответит тебе инженер Кузьмин. Что тогда будешь делать?
    «Нет, я не сплю!— решил Дима.—Должно быть, Серёжа и Витька провели сюда телефон какой-нибудь, говорят из кухни и меня разыгрывают!» Но никаких проводов на полу около дивана и на стене не было видно. Дима принёс палку из передней. Серёжа окликнул его издалека:
— Что ты там бродишь, Димка? С кем ты сейчас разговариваешь?
— Ни с кем!— крикнул Дима.— Я просто так.
— Как так ни с кем?— сейчас же отозвался голос из угла.— Ты разговаривал со своей совестью!
    Диван стоял вплотную к стене, даже валик плохо откидывался с этого бока, только приподнимался. Дима, опираясь на валик, хотел пошарить палкой в тёмном углу… Как странно… палка, не достигая пола, опускается всё ниже и ниже… беззвучно уходит в никуда.
    Дима грудью упал на валик, успел только подумать:
    «Сплю. Сплю и вижу страшный сон: диван не на полу стоит, а просто так, в воздухе!»
— Ах, Дима, Дима! На совесть палкой замахиваешься?! Невидимая сила потянула за палку и вырвала её из Диминой руки… Палка исчезла.
    Звонок и громкий стук в парадную дверь. Серёжа побежал из кухни в переднюю.
    Две девушки в комбинезонах, шумно разговаривая, вносили в квартиру длинную, немного изогнутую трубу.
— Стоячок вам принесли, опять побеспокоим…
— Это нам стояк?— удивился Серёжа.— А разве дырку пробили уже?
— Как же, как же — сегодня утром, пока ты в школе был, всё уже приготовлено… Вот диванчик этот опять отодвинуть придётся…
    Девушки отодвинули диван и стали опускать трубу в первый этаж через довольно большое квадратное отверстие.
    Пока они разворачивались со своим стояком, Дима успел заглянуть в квадратную дырку. Он увидел далеко внизу кусок Витиного письменного стола, на столе — угол табуретки, плечо в красном джемпере и белокурую косу… короче говоря, небольшой кусок Витиной сестры Лены, как раз в тот момент, когда Лена спрыгивала со всей этой пирамиды.
    Нет, не похожа была Витина сестра ни на какую маму, даже на тётю не похожа! Дима услышал звонкий девчоночий смех.
    Лена крикнула:
— Димка! Скажи Вите, пускай и у него хоть немножко заговорит совесть! Обещал сию минуту обедать прийти, а я его уже полчаса жду!
                                                ***
    Так и осталось невыясненным: есть ли у Димы совесть и может ли совесть заговорить?
    Во всяком случае, контрольные работы у Володи Кузьмина Дима больше никогда не списывал.


Гайдар Аркадий — Совесть. Слушать онлайн

Аркадий ГАЙДАР
Совесть
инсценированный рассказ

Предположительное время написания рассказа — весна 1941 года. Впервые опубликован в журнале «Мурзилка», 1946, No 8-9.
Т.А.Гайдар

Аркадий Петрович Гайдар (настоящая фамилия — Голиков) (1904-1941), прозаик.
Родился 9 (22) января 1904 года в городе Льгов Курской губернии в семье учителя. Детские годы прошли в Арзамасе. Учился в реальном училище, но когда началась Первая мировая война и отца забрали в солдаты, он через месяц сбежал из дома, чтобы ехать к отцу на фронт. В девяноста километрах от Арзамаса его задержали и вернули.
Позже, подростком четырнадцати лет, он встретился с «хорошими людьми — большевиками» и в 1918 году ушел «воевать за светлое царство социализма». Он был физически крепким и рослым парнем, и после некоторых колебаний его приняли на курсы красных командиров. В четырнадцать с половиной лет он командовал на петлюровском фронте ротой курсантов, а в семнадцать лет был командиром отдельного полка по борьбе с бандитизмом («это на антоновщине»).
В декабре 1924 года Гайдар ушел из армии по болезни (после ранения и контузии). Начал писать. Его учителями в писательском ремесле были К. Федин, М. Слонимский и С. Семенов, которые разбирали с ним буквально каждую строчку, критиковали и объясняли приему литературного мастерства.

Лучшими своими сочинениями он считал повести «P.B.C.» (1925), «Дальние страны», «Четвертый блиндаж» и «Школа» (1930), «Тимур и его команда» (1940). Он много ездил по стране, встречался с разными людьми, жадно впитывал жизнь. Он не умел писать, закрывшись в кабинете, за удобным столом. Он сочинял на ходу, обдумывал свои книги в дороге, твердил наизусть целые страницы, а потом записывал их в простых тетрадках. «Родина его книг — разные города, деревни, даже поезда». Когда началась Отечественная война, писатель стал вновь в ряды армии, уехав на фронт военным корреспондентом. Его часть попала в окружение, и писателя хотели вывезти на самолете, но он отказался покинуть товарищей и остался в партизанском отряде как рядовой пулеметчик. 26 октября 1941 года на Украине, под деревней Ляплявою, Гайдар погиб в схватке с фашистами.

Совесть

Нина Карнаухова не приготовила урока по алгебре и решила не идти в школу.
Но, чтобы знакомые случайно не увидели, как она во время рабочего дня болтается с книгами по городу, Нина украдкой прошла в рощу.
Положив пакет с завтраком и связку книг под куст, она побежала догонять красивую бабочку и наткнулась на малыша, который смотрел на нее добрыми, доверчивыми глазами.
А так как в руке он сжимал букварь с заложенной в него тетрадкой, то Нина смекнула, в чем дело, и решила над ним подшутить.
— Несчастный прогульщик! — строго сказала она. — И это с таких юных лет ты уже обманываешь родителей и школу?
— Нет! — удивленно ответил малыш. — Я просто шел на урок. Но тут в лесу ходит большая собака. Она залаяла, и я заблудился.
Нина нахмурилась. Но этот малыш был такой смешной и добродушный, что ей пришлось взять его за руку и повести через рощу.
А связка Нининых книг и завтрак так и остались лежать под кустом, потому что поднять их перед малышом теперь было бы стыдно.
Вышмыгнула из-за ветвей собака, книг не тронула, а завтрак съела.
Вернулась Нина, села и заплакала. Нет! Не жалко ей было украденного завтрака. Но слишком хорошо пели над ее головой веселые птицы. И очень тяжело было на ее сердце, которое грызла беспощадная совесть.

1940

.

историй чистой совести

Мы никогда не устаем читать письма, которые люди присылают нам после наших поместных церковных мероприятий. Бог совершает в жизни то, что мы никогда не смогли бы сделать, как бы долго и упорно мы ни старались! Имена ниже изменены, но истории о Боге в действии реальны. Радуйтесь вместе с нами тому, что Бог делает в сердцах, одно за другим, как Он помогает людям разрушать стены и восстанавливать отношения, становясь правыми с Ним и другими.

 

Семилетние неприязненные отношения исправились после того, как я с чистой совестью услышал ваше учение.Я извинился и попросил прощения за вспышку гнева, которая разрушила хорошие отношения между моим заместителем пастыря и мной. Теперь я более чувствителен к чужой боли, независимо от ее источника.
– пастор

 

Пять лет назад, еще до того, как я стал христианином, я совершил акт вандализма на тысячи долларов. Несколько ночей назад возрожденец учил о чистой совести. Той ночью Бог работал над моим сердцем, поэтому я попросил совета и молитвы. Я не пошел и не попросил прощения за эти ошибки из-за возможности попасть в тюрьму и быть должен кучу денег.Но я решил, что если Божья воля для меня заключается в том, чтобы совершать тюремное служение изнутри, это будет гораздо более полезным, чем быть снаружи с чувством вины и вне воли Божьей. На следующий день я пошел и попросил прощения и сказал, что хочу возместить ущерб. Они не дали мне тюремный срок и не заставили отплатить им; вместо этого они дают мне общественные работы, чтобы возместить ущерб, который я причинил. Я не могу отблагодарить вашу команду за то, что вы такие послушные сосуды Бога!
– Рэнди

 

После нашего разговора в четверг вечером о том, как иметь чистую совесть, я признался своей жене в каком-то грехе семнадцатилетней давности в нашем браке.Божья благодать была на тот момент, хотя на исцеление потребуется время. Пять часов спустя я проснулся от того, что вода на дюйм покрывала наше жилое пространство внизу. Шланг стиральной машины для холодной воды разорвался и наполнял комнаты. После того, как я выключил его, я понял, что мы могли получить удар током из-за удлинителей, которые мы использовали, которые были под водой. Опять же, рука Божья защитила нас. Я подумал о вашем учении, поставил музыку прославления и начал славить Бога и молиться за свою жену.Бог использовал наше время исповеди и покаяния как упражнение по сплочению команды и созданию пары. Также было намного легче отпустить все, что могло быть повреждено, сосредоточившись на вечном, а не на временном. Спасибо! Слова не могут выразить то влияние, которое вы оказали в нашей жизни для Христа!
– Брайс

 

Будучи матерью пятерых детей в возрасте от 17 до 31 года, мои самые напряженные родительские дни проходят довольно успешно. Я часто просила Бога простить меня за то, что я потерпела неудачу, и тем не менее я постоянно благодарю Его за благословение, которое Он дал моему мужу и мне видеть наших детей, идущих путями Господа.Но я понятия не имел, каким благословением и избавлением от чувства вины было бы выполнить задание: спросить каждого ребенка, как я подвел их, когда они росли, назвать это грехом с моей стороны и попросить у них прощения. Хотя я думал, что у меня хорошие отношения с каждым из них, для некоторых из них это было похоже на целительную мазь. Мне больше не нужно сосредотачиваться на своих неудачах, а им больше не нужно затаивать обиды. Когда мы испытываем искушение вернуться к непродуктивной вине или греховной горечи, у нас есть это чудесное прощение, за которое мы можем держаться.Спасибо, Life Action, за то, что помогаешь мне быть более послушным и познать радость, которая приносит!
– Мария

Мальчик, который убил свою совесть — рассказ

[Выбор редакции: рассказ]

Мальчик, который убил свою совесть – Рассказ
Фото: chelle с сайта morguefile.com

Некоторое время я стоял и смотрел на него. Он сидел на диване и смотрел на меня с таким же пристальным взглядом. Я хотел сказать ему: «Уходи! Это мой дом, моя жизнь, мой разум! Оставь меня в покое!», но я знал, что не могу.Он был мной.

Теперь он стал постоянным спутником. Всегда присутствующее у меня на затылке одно и то же тупое лицо, те же умоляющие глаза, которые одновременно говорили мне миллион вещей. Чем больше я пытался забыть это лицо, выкинуть его из головы, тем более заметным становилось его присутствие. Он был подобен тяжелому воздуху, висящему вокруг меня, затрудняя свободное дыхание.

Тот день был исключительно трудным. Я поссорился с отцом с самого утра. С тех пор, как моего брата убили, он пытался ввести для меня комендантский час.Он был на год моложе меня. Очень полный жизни. Иногда я завидовала ему за то, что он был в центре внимания в доме. Жизнь моих родителей вращалась вокруг него. Они говорили это достаточно часто, и единственная причина, по которой они трудятся изо дня в день, заключается в том, что они хотят, чтобы он получил приличное образование. Он был их «исполнителем мечты». Они увидели в нем обещание стать всем, на что они не способны, и жить жизнью, о которой они только мечтали. Они даже не ошиблись, ожидая от него этого. На самом деле Марек был одним из тех, кто смотрел на светлую сторону жизни.Его действие было наполнено странным задором и духом, совершенно чуждым мне. Он привлекал к себе лучшую компанию и никогда не попадал в неприятности. Несмотря на то, что мы были полной противоположностью, он почему-то равнялся на меня. Как будто я знал что-то, чего не знал он, как будто я мог все исправить. Находясь рядом с ним, я чувствовала себя особенной и более ответственной. Я до сих пор помню его блестящие глаза, которые часто сопровождали его улыбку. Тот самый глаз, который умолял о помощи в последний раз, когда я их видел, в последние секунды своей жизни.

«Тебе следует больше внимания уделять своим родителям», — сказал мальчик с дивана, продолжая смотреть на меня. Я отвернулась, не желая от него больше ничего. Я пошла в свою комнату, я хотела сбежать, но он пошел со мной. Его присутствие заставило меня нервничать. «Я понимаю, что они имеют в виду, там опасно. Я точно знаю, что они чувствуют, они не хотят, чтобы меня постигла та же участь. Но ты должен знать, как мне тяжело здесь оставаться. Видеть эту грусть, пустоту на их лицах, которую я не могу заполнить.Если я доберусь до них, я сам их убью!»

«Ты не хочешь этого делать! Вы не можете стать одним из них. Вы лучше этого. Если вы играете в огонь с огнем, вы все равно получите огонь, который нужно отложить! Если ты действительно скучаешь по нему, будь тем, кем он тебя считал».

Как легко ему вырезать советы! Чем больше я слушаю его, тем больше я скучаю по своему брату, потому что, несмотря на все мои слабости и ошибки, он простил бы меня.

«Я их все равно убью!»

«Пожалуйста!» — взмолился он.На его лице была написана боль. То же старое унылое лицо, те же умоляющие глаза.

Марек не был тем, кто участвовал в уличных драках. На самом деле он никогда не делал ничего, что могло бы кому-то навредить. Он просто не мог. Он предпочел бы быть рядом с правильными людьми, делающими правильные вещи. Не из тех, кто подвергается давлению со стороны сверстников, он говорил мне, что предпочитает сидеть сложа руки, чем делать что-то, что он считает неправильным. Тогда мне интересно, что пошло не так?

Меня вздрогнул громкий звонок телефона, вырвавший из моих мыслей.Я вскочил с кровати и упал. Мама уже ответила. Она позвонила Дарену и с отвращением положила трубку. Я ненавидел то, как мама реагировала на моих друзей, ненавидел то, как она сразу их невзлюбила. Я получил телефон.

«Прошлая неделя была тяжелой. Мне нужно кое-что тебе сказать, — Дарен поколебался, но продолжил. «Я не могу жить с чувством вины. Я решил, что лучше всего признаться». Он снова остановился. Что-то во мне говорило, что я бы не хотел, чтобы он продолжал, но я сдержался: «Что такое?» Я не осознавал, но к настоящему времени сжимал трубку обеими руками, наполненный необъяснимой тревогой.

«Я… я раздобыл пистолет моего отца, я просто баловался. Я не знал, что Марек был там. Стэн, другие и я…. Мы хотели помочь. Но вместо этого мы побежали. Мы…»

«Что ты сделал?» Я закричала, ударив трубку. Я почувствовал, как мой вес рухнул на пол. Нет, этого не могло быть. Нет, нет, отрицания эхом отозвались в моей голове. Ярость затопила мое тело. Месть охватила меня, как никогда раньше. В самом безумном сне я не мог представить, что мой лучший друг перевернет мой мир.

Я знал, как с этим справиться. Справедливость, пообещал я, справедливость — это то, что получит Марек. Справедливость — это то, чего он заслуживает. Я дернул ручку двери и выскочил наружу, разрываясь от ярости. Я знал, что должен делать, и это будет легко. Отец Дарена был полицейским. Мы знали, что он держал свой пистолет в прикроватном ящике. Легкий доступ. Дарен должен был держать руку подальше. Он убил моего брата, он заслуживает такой же участи. Я обещал дать ему это. Я пошел по пустынной улице. Останавливаться! Я услышал громкий голос, зовущий сзади.Я обернулся еще злее.

Передо мной предстало то же тусклое лицо, только на этот раз оно выглядело более грустным, почти испуганным. Я проигнорировал его. Я бросилась вперед, когда он бросился за мной и умолял. Вскоре его голос стих, моя решимость была твердой. Я двинулся вперед.

Я не могу вспомнить, что произошло за эти несколько секунд в доме Дарена. Все, что я помню, это его испуганное лицо. Я боролся за последние права Марека. Но как ни странно, мне стало тяжелее внутри. Это не дало мне чувства удовлетворения, которое должно было быть.У меня кружилась голова. Я поймал себя на том, что бегу домой. Я коснулась своего лица, оно было влажным. Я не мог понять, что со мной! Я чувствовал себя таким же неуправляемым, как тогда, когда вышел из дома. Я с грохотом открыл дверь и вошел. Мои ноги тряслись. Я побежал обратно в свою комнату, опасаясь, что мне снова придется столкнуться с «тупым лицом». К тому времени, как я добрался до своей двери, меня неудержимо трясло. Каким-то образом мне удалось его открыть, и мои колени рухнули на твердый пол. Сегодня я забрал не одну, а две жизни.Я нашел свою совесть мертвой на полу.

__END__

Кризис совести: История борьбы между верностью Богу и верностью своей религии. (Мягкая обложка)

25,99 долларов США

Обычно отправляется в течение 1-5 дней

Описание


Кризис совести представляет собой историю борьбы за предотвращение эрозии данной Богом свободы совести и вытекающей из этого дилеммы выбора между верностью Богу и верностью своей религии.

Бывший член Руководящего совета Свидетелей Иеговы, Раймонд Франц дает редкий взгляд на внутреннюю работу Общества Сторожевой Башни. В ответ на чрезвычайные события Франц рассказывает уникальный отчет о заседаниях внутреннего совета этой религии по принятию решений и о мощном, иногда драматическом влиянии их решений на Свидетелей Иеговы. Кризис совести предлагает проницательный взгляд на высший совет этой организации, Руководящий совет и их жизнь, изменяющую власть над человеческими жизнями.

Хотя события, связанные с уходом Рэймонда Франца из Руководящего совета, произошли в 1980 году, организационная основа и структура остаются прежними и сегодня, что делает этот рассказ актуальным для совершенно нового поколения.

Содержание: Раймонд Франц, бывший член Руководящего совета Свидетелей Иеговы, делится отчетом, который раскрывает внутреннюю работу и процессы принятия решений этого органа, предлагая проницательный взгляд на изменяющую жизнь власть, которую они имеют над человеческими жизнями. Последние девять из его шестидесяти лет в качестве Свидетеля Иеговы он провел в этом центральном исполнительном совете.Те годы привели его к кризису совести, который является темой этой книги.

Основанное на всей рукописи опубликованного Францем в 2008 г. издания Crisis of Conscience , это пятое издание 2018 г. также включает: — Дэвид Хенке – христианский апологет, специализирующийся на Свидетелях Иеговы, вопросах контроля над разумом, духовных злоупотреблениях и законничестве.В дополнение к вышеуказанному учебному пособию Хенке является автором евангелизационных и образовательных трактатов и статей.

  • Выдержки из книги Франца В поисках христианской свободы Кризис совести ссылки на 30 страниц из книги В поисках христианской свободы в сносках; для удобства читателя эти страницы добавлены в Приложение B.
  • Где «Великое множество», служащее Богу? Джона А. Митчелла, бывшего секретаря Руководящего совета. В качестве секретаря Руководящего совета и члена отдела обслуживания Митчелл наблюдал за событиями во время и сразу после ухода Рэймонда Франца из Руководящего совета, и многие люди были перемещены, понижены в должности или лишены общения.В результате Джон Митчелл написал брошюру под названием . Где «Великое множество людей», служащих Богу? Это отчет о наблюдениях Джона и его личных исследованиях с 1980 по 1981 год во время служения в Бруклинском Вефиле. Эта брошюра полностью включена в Приложение C.
  • Эпилог, История владельца авторских прав Деборы Дайкстры. Дебора Дайкстра, бывший постоянный пионер и временный специальный пионер, рассказывает о своем путешествии, когда она обнаружила, что Свидетели Иеговы не были здравыми. основу, которой она думала, что они были, вместо этого понимая, что сам Иисус Христос является настоящей «истиной» и основанием для христианской жизни.После этого она рассказывает, как завязала 25-летнюю дружбу с Раймондом и Синтией Франц, а также рассказывает анекдотические истории о жизни Франца.
  • Раймонд Франц умер в 2010 году, однако в этом переиздании Crisis of Conscience , основанном на последнем издании в 2008 году, история автора, сердце и выражение его любви к Богу и ближнему остаются с нами.

    Тест на совесть Харрисона Кима – буквально рассказы

    Во время утренней прогулки по уединенной тропе в парке Брюнет-Ривер Джексон заметил пару пушистых синих туфель, прикрепленных к босым ногам, торчащим на полпути к тропинке.Он подошел ближе, а рядом с ним лежал старик, одетый в белую ночную рубашку и держащий два костыля.

    — Отдыхаю, — сказал древний, седые волосы упали на его бледное как смерть лицо. — У тебя есть лишняя сигарета?

    Джексон уставился на браслет идентификации пациента, обернутый вокруг тощего запястья мужчины. Он наклонился вперед, пытаясь прочитать его, и уловил запах дезинфицирующего средства. — Вы из больницы? — спросил Джексон.

    — Может быть, — сказал старик, поднимая руку и рассматривая I.сам Д. — Там написано «Карлтон Фраттура». Он посмотрел вверх. — Как насчет того дыма?

    «У меня нет сигареты, но я могу вызвать скорую», — сказал Джексон.

    — Я в порядке, — Карлтон глубоко вздохнул и закашлялся. «Вообще никаких проблем. Я все равно не должен курить».

    «Ты можешь встать?» — спросил Джексон.

    «Я не хочу вставать». Карлтон ухмыльнулся, показывая в основном десны. «Люблю этот свежий воздух. Ты слышишь птиц?» Он сделал знак позади себя. «Они звучали бы еще лучше, если бы у меня была травка.

    Крапивник прыгал по веткам.

    — Мне нравится, как его лапы стучат по опавшим листьям, — сказал Карлтон. «Это очень расслабляет». Он повернул голову и посмотрел прямо на Джексона. — Действительно, мне здесь хорошо.

    У Джексона был выходной. Он подъехал к реке на своем фургоне, припаркованном недалеко, для спокойной прогулки. Джексон жил в фургоне, чтобы сэкономить деньги и потому, что его раздражала человеческая связь. Это было связано с чувствами, и они могли занимать у него много времени.

    — Ты слишком чувствительный, — сказала его сестра. «Вам нужна консультация».

    «Думаю, у меня есть работающая стратегия», — сказал он ей.

    «Ты отрезаешь себя», — сказала она.

    «Это делает меня плохим человеком?» — спросил Джексон.

    «Просто неизвестный», — сказала она ему.

    В фургоне иногда было трудно жить. Он не мог полностью уйти от мира. Ему приходилось работать, покупать продукты, использовать общественные центры для уборки.Другие личности проникли в него, по соединению. Они запутали его границы, а затем он либо углубился в их жизнь, либо вырвался прочь. Старик напомнил Джексону его дедушку. Он не мог пройти мимо такого человека. Вот в чем была беда людей. Ты застрял в них.

    — Я должен отвезти тебя обратно в больницу, — заявил Джексон.

    — Я рад, что ты остановился, — сказал Карлтон. «У тебя хорошо развита совесть». Он усмехнулся. «Вы знаете, я заработал большую пачку денег во время Клондайкской золотой лихорадки.Продал свой иск за пятьдесят тысяч долларов. Он вздохнул. «Провел все за два месяца в Сан-Франциско». Он показал Джексону кривую ухмылку. «Легко пришло, легко ушло. Хотя у меня было дикое время. Покер, женщины и рулетка. Без сожалений.»

    Джексон думал об этой истории. Он интересовался историей. «Вам должно быть не менее 140 лет, чтобы участвовать в Клондайкской золотой лихорадке», — сказал он.

    Карлтон лежал, подперев голову одной рукой, и кивал. «Да, это была история, которую старик рассказал мне о своем дедушке сорок лет назад, когда мне было столько же лет, сколько и тебе.

    Джексон кивнул в ответ.

    — Так что же ты на самом деле сделал? он спросил.
    — Я играл в рокабилли-панк-группе, — сказал ему Карлтон. «Мы играли по всей Канаде. На разогреве у «The Clash» во время их тура 1982 года».

    «Столкновение?» — спросил Джексон.

    «Да, это было хорошее время, чувак. Я играл на барабанах».

    «Позвольте мне отвести вас куда-нибудь», — сказал Джексон. — Я не могу оставить тебя лежать на этом пути.

    — Мы могли бы пойти ко мне домой, — сказал Карлтон.

    — Да, это было бы хорошо, — Джексон встал и размял ноги. Дела пошли вверх. У старика был дом.

    «Ты должен мне помочь». — объявил Карлтон.

    «Как я могу это сделать?» — спросил Джексон.

    Старик перевернулся на живот, оттолкнул костыли и оперся на локти. «Я никогда не был женат, — сказал он Джексону. «А ты?»

    — Нет, — сказал Джексон. Он подумал, не схватить ли Карлтона за плечи и приподнять.«Я стараюсь избегать женщин».

    — На смертном одре люди сожалеют о том, что они не сделали, — сказал Карлтон, все еще глядя на крапивника, прыгающего по веткам уже довольно далеко.

    «Я ничего не знаю о сожалениях», — сказал Джексон. «Я не был на многих смертных одрах».

    — Мне бы кофе, — добавил Карлтон.

    Он встал на четвереньки, ухватился за дерево рядом с собой и поднялся вверх.

    Он стоял, прислонившись к стволу, поправляя мантию, его длинные седые и белые волосы падали на лицо.

    — Мой фургон как раз по дороге, — сказал Джексон. Он взял костыли, протянул их вперед. — Ты умеешь управлять?

    — Я действительно могу, — сказал Карлтон, — вы и ваша совесть даете мне мотивацию. Он откинул волосы назад, сунул по костылю под каждую подмышку и поковылял вперед.

    — Знаешь, мы считаем само собой разумеющимся, что можем ходить, — сказал Карлтон. «А когда мы не можем, мы знаем, что грант закончился».

    Они шли по изолированному пути. Карлтон продолжал болтать, подтягиваясь.Джексон взглянул на тополь. Он думал о том, чтобы самому лечь на землю и наблюдать за видом на небо.

    «Как долго ты там лежал?» он спросил. — А как вы вообще оказались?

    — Это вопросы, основанные на фактах, — сказал Карлтон, останавливаясь, чтобы передохнуть, и немного кашляя. — Я не так хорош в фактах.

    Джексон открыл дверь своего фургона; Карлтон не мог развернуть ногу. Джексон сказал: «Положи руку мне на плечо и отожми», и Карлтон так и сделал, забираясь в фургон.Джексон почувствовал вес и хватку мужчины. И того и другого было не много.

    — У вас хорошо организован дом, — сказал Карлтон. «Когда я сажала деревья, я жила в фургоне».

    Джексон завел двигатель. «Какой твой адрес?» он спросил.

    «Какой адрес?» — сказал Карлтон.

    «Ваш дом, вы знаете, тот, который, как вы сказали, у вас был».

    — О да, — сказал старик. Он посидел немного, глядя в окно. «Это на вершине холма.

    Джексон медленно ехал в гору. Карлтон огляделся. «Много красивых мест здесь.

    Было бы здорово жить в таком.

    «Какой?» — спросил Джексон.

    Он хотел продолжить свою утреннюю прогулку, на самом деле он хотел отправиться в долгий поход. Чем больше времени он проводил с Карлтоном, тем больше дергались и дергались его ноги. Он не мог удержать их на месте, постукивая ногой по педали тормоза.

    — Может быть, — сказал Карлтон.

    Он указал на старый коричневый двухэтажный дом, единственный с крыльцом.

    Джексон подъехал к зданию и открыл дверцу фургона для Карлтона.

    — Не уверен, что это правильно, — сказал Карлтон. «Может быть, это дом моего дяди. Вы можете проверить меня?»

    Он плотнее закутался в мантию.

    — Думаю, смогу, — сказал Джексон.

    Он открыл дверь и выскочил наружу, выбежал на крыльцо и позвонил в дверь. Он ходил взад-вперед на месте, чтобы снять напряжение в ногах.

    Блондинка с вьющимися волосами приоткрыла дверь на несколько дюймов. Тяжелая цепь остановила дальнейшее движение. — Ты знаешь парня постарше по имени Карлтон? — сказал Джексон. — Он говорит, что живет здесь.

    Женщина посмотрела на Джексона, шагающего взад-вперед, и на длинноволосого мужчину в фургоне, сидящего боком в своем больничном халате, с торчащими босыми ногами.

    – Не думаю, – сказала она. Она сделала паузу. — Может быть, давно. Она посмотрела на Джексона. «Может быть, он запутался.Может быть, ему следует обратиться к врачу».

    — Ты прав, — сказал Джексон. «Спасибо.»

    Он вернулся к фургону, сел за руль и стал смотреть наружу. Он увидел женщину в переднем окне, смотрящую на него.

    «Вы действительно верили, что жили там?» — спросил он у Карлтона.

    Старик пожал плечами. «Я мог бы поклясться, что жил в таком месте». Он повернулся к Джексону. «Я знаю, что я заноза в заднице, но не могли бы вы принести мне кофе только с молоком? Мне не хватает моего кофеина. 
    — Хорошо, — сказал Джексон. Он дал фургону задний ход. — Я принесу тебе кофе, а потом мы поедем в больницу.

    Карлтон поднял свой браслет. — Я был там всю ночь, — сказал он. — И три дня, я думаю. Он осмотрел свою грудь. «Я думаю, что мог быть там во время операции на сердце».

    Джексон отвез их в сторону коммерческого района. — У тебя нет шрамов, — сказал он. — Может быть, это была какая-то другая проблема.

    Карлтон посмотрел на него. Он улыбнулся.— Ты мог бы быть моим сыном, — сказал он. «Мой сын выглядит точно так же, как и вы, с короткой стрижкой и в очках, примерно того же возраста. Вы играли в софтбол в Бернаби?

    «Мне не нравились командные виды спорта», — сказал Джексон.

    Карлтон кивнул. «Люк был питчером, довольно хорошим. Они сделали провинциалов один год. Тебя зовут не Люк, не так ли?

    — Я знаю некоторых Люков, — сказал Джексон. — Но я не один.

    Он купил Карлтону большую чашку кофе в местной забегаловке Тима.

    «У вас есть I.Д. вообще, кроме этого больничного браслета? он спросил.

    Карлтон обыскал свою одежду. Джексон почувствовал запах грибов. — Должно быть, ты какое-то время лежала на земле, — сказал он.

    — Да, — сказал ему Карлтон. Он усмехнулся. «Жду, пока меня кто-нибудь заберет».

    Джексон кивнул. — Я думал, тебе нравится там лежать. Птицы и все такое.

    «В компании всегда лучше, — сказал Карлтон. «Я еще раз благодарю вас за то, что вы остановились».

    — Мы едем в больницу, — сказал Джексон.— Это единственный вариант.

    Он барабанил пальцами по рулю.

    «Я не думаю, что это мое место», — сказал Карлтон. — Но я в твоей власти.

    Он сделал глоток кофе. «Это хорошо. Вы самый лучший человек. Тебе нравится этот фургон?

    «Это мое убежище от всего». — сказал Джексон. «Мне не очень нравится находиться среди людей».

    — Такому парню, как вы, нужны друзья, — сказал Карлтон. — У тебя должна быть квартира.

    Он наклонился.«Послушайте, вы молоды, здоровы, у вас есть совесть. Ты должен быть счастлив.»

    — Я не несчастен, — сказал Джексон.

    Он въехал на парковку больницы и припарковал фургон на последнем свободном месте.

    — Вот повезло, — сказал он.

    «Возможно, твоя удача начинает меняться», — сказал ему Карлтон.

    Джексон хотел высадить Карлтона и уехать, но старик сидел, слабо возясь с дверной ручкой. Джексон подошел к пассажирской стороне и открыл дверь.Он схватил запястья Карлтона своими. — Я понял тебя, — сказал он.

    Карлтон позволил себе упасть в объятия молодого человека.

     Они подошли к отделению неотложной помощи. Старик делал один маленький шаг за раз, используя костыли.

    — С ногами все в порядке, — сказал он. «Спасибо за кофе».

    У входа в отделение сортировки Джексон сказал медсестре: «Я нашел этого парня лежащим на земле с его больничным браслетом».

    «Возьмите этот номер, мы вам позвоним», — сказала она.

    Затем она внимательно посмотрела на Карлтона. — Давай посмотрим этот браслет.

    Карлтон поднес свое удостоверение личности к свету.

    Медсестра ввела номер в компьютер.

    «О. К. Мистер Фраттура, — сказала она. «Садись туда».

    «Подождите», сказал Джексон. «Сейчас я должен идти.»

    Карлтон стоял, покачиваясь на костылях.

    — Скажи мне, что больше не будешь убегать, — сказал Джексон.

    — Я не убегал, — сказал Карлтон.

    Джексон взял старика за локоть и подтолкнул к стульям. Они сели вдвоем.

    Джексон двигал ногами вверх и вниз, он не мог остановиться.

    «Вы могли бы воздержаться от этого?» — спросила дородная дама с пластырем на лице.

    «Извините, я иду!» Джексон встал.

    «Увидимся, Карлтон».

    — Увидимся, добрый незнакомец, — сказал ему Карлтон.

    Он сделал еще глоток кофе.

    Джексон вышел из отделения неотложной помощи, подбежал к своему фургону и прыгнул внутрь.Он завел его и поехал на гору Бернаби. Он провел несколько часов, путешествуя по тропам, позволяя мыслям о происшествии в Карлтоне кружиться и проноситься в его голове. Он лег в машину и попытался поспать несколько часов перед своей полуночной рабочей сменой.

    Джексон работал на фабрике по производству салатов, на конвейере по сборке готовых салатов. Было довольно шумно, поэтому ему не пришлось ни с кем разговаривать. В основном он занимался капустой и помидорами. В ту ночь он стоял в очереди и собирал салаты.Напротив него трудилась коллега по работе, которого он знал как Мэри.

    Он старался не смотреть на нее, но каждый раз, когда он поднимал глаза, казалось, что она смотрит в его сторону.

    «Я лучше сосредоточусь на салатном миксе», — подумал он.

    На перемене Мэри подошла и села за его стол.

    «Все остальное занято», — сказала она.

    Джексон сделал еще один глоток тепловатого кофе из автомата.

     «Забыли обед?» она спросила.

    – Гм, ну, я не люблю так много есть на ночь, – ответил Карлтон.
    Мэри вытащила немного еды из своей сумки для ланча.

    «У тебя был тяжелый день?»

    Карлтон посмотрел на нее. У нее были большие глаза. Ее рот был закрыт бутербродом.

    «Ну, — сказал он, — я встретил этого старика, лежащего на тропе».

    Он рассказал ей все о Карлтоне. Ему не хотелось говорить, но он, казалось, не мог остановиться. «Он сказал, что раньше играл на барабанах в Clash». он сказал.

    Он вспомнил, что это было не совсем то, что сказал ему Карлтон.

    «Неважно, — подумал он. «Важна идея, а не факты».

    — Похоже, он не знал, кто и где он, — сказала Мэри. — Ты сделал все, что мог.

    — По крайней мере, мы знаем, кто мы такие, — ответил Джексон. Они улыбнулись друг другу.

     
    Ранним утром после работы Джексон поехал вдоль реки в парк, где гулял каждый день. Ему нравилась рутина, она успокаивала его от пробок и работы.Он чувствовал себя истощенным, но не мог спать без физической активности. Свернув за угол, он увидел знакомые пушистые голубые тапочки на паре ног, торчащих поперек дорожки. Он сделал несколько шагов назад, затем шагнул вперед, выгнув шею, чтобы посмотреть. Он увидел длинное кремовое платье, голые ноги, подтянутые колени, бледное лицо с седо-белыми волосами, совсем как у Карлтона. Возможно, была небольшая разница. На Карлтоне было белое платье или синее? Джексон не мог вспомнить.Он осторожно прошагал перед фигурой. Ему показалось, что он увидел, как шевелится сундук. Он почувствовал больничный запах, но не увидел бирки. Потом он посмотрел в кусты. Несколько маленьких птиц двигались вокруг, прыгая по сосновым иголкам.

    — Скажи, это ты, Карлтон? — спросил Джексон.

    Фигура открыла глаза. — Как вы думаете, кто это?

    — Я принесу тебе кофе, — ответил Джексон.

    «Можете ли вы также найти мне дым?» — спросил старик.

    Джексон пошел дальше по тропе к магазину на вершине холма и купил несколько сигарет и кофе в стиле американо.Затем он пошел обратно.

    «Где твои костыли?» — спросил Джексон.

    — Кто-то украл их, — сказал Карлтон. «Они продадут их на черном рынке медицинских принадлежностей».

    — Я вызываю скорую помощь, — сказал Джексон.

    — Ты снова прошел проверку на совесть, — сказал ему старик.

    — Я могу сделать так много, Карлтон, — сказал молодой человек.

    Джексон устал от многих вещей. Он не хотел в конечном итоге лежать в парке в пушистых тапочках.

    «Не такой уж я и плохой человек», — подумал он про себя. «Я навещу Карлтона в больнице», хотя он задавался вопросом, была ли эта мысль еще одним примером того, как чувства запутывают его границы. Он нажал на кнопки телефона для вызова экстренной помощи.

    «Это будет полиция, пожарные или скорая помощь?» — спросил оператор.

    «Скорая помощь», — сказал Джексон.

    Он сделал несколько глотков кофе американо. Он предвкушал прогулку, потом сон и, для разнообразия, возвращение на салатную фабрику.Перед уходом он дал Карлтону пачку сигарет.

    Харрисон Ким

    Изображение Герда Альтманна из Pixabay

    Нравится:

    Нравится Загрузка…

    Родственные

    Аудиокнига недоступна | Audible.com

    • Эвви Дрейк начинает больше

    • Роман
    • К: Линда Холмс
    • Рассказал: Джулия Уилан, Линда Холмс
    • Продолжительность: 9 часов 6 минут
    • Полный

    В сонном приморском городке штата Мэн недавно овдовевшая Эвелет «Эвви» Дрейк редко покидает свой большой, мучительно пустой дом спустя почти год после гибели ее мужа в автокатастрофе.Все в городе, даже ее лучший друг Энди, думают, что горе держит ее взаперти, и Эвви не поправляет их. Тем временем в Нью-Йорке Дин Тенни, бывший питчер Высшей лиги и лучший друг детства Энди, борется с тем, что несчастные спортсмены, живущие в своих самых страшных кошмарах, называют «криком»: он больше не может бросать прямо и, что еще хуже, он не может понять почему.

    • 3 из 5 звезд
    • Что-то заставило меня продолжать слушать….

    • К Каролина Девушка на 10-12-19

    Эп. 744, Кризис совести, 3 рассказа О. Генри

    Продавщица, вор и пьяница сталкиваются с угрызениями совести. Как они будут измеряться? О.Генри, сегодня в подкасте The Classic Tales.

    Добро пожаловать в подкаст The Classic Tales. Спасибо, что выслушали.

    Спасибо всем, кто оказывает финансовую поддержку. Мы не смогли бы сделать это без вас.

    Рад сообщить, что по количеству загрузок мы входим в 1% лучших подкастов! И дело в том, что мы всегда были.

    Вы могли заметить, что мы не возглавляем чарты. Во всяком случае, не больше. Итак, почему несоответствие? Ну, все графики управляются алгоритмами, и у каждой платформы они свои.Тщательно подобранные названия и профессиональное качество аудиокниг — это то, на чем мы сосредоточены. А тех, кто нас нашел – поздравляем!

    Я не размещаю рекламу или рекламу, и я сосредотачиваюсь на вещах, которые делают прослушивание действительно замечательным. Вот уже 14 лет я всегда стремился улучшить качество, насколько это возможно, и, таким образом, улучшить впечатления конечного слушателя. Никакой рекламы в середине истории, никакого нового принтера в начале. Если вам это нравится, пожалуйста, протяните руку.Около 2% слушателей вообще делают пожертвования, и мне очень нравится, чего мы достигли. Пожалуйста, помогите нам, если можете.

    Перейдите на сайт classictalesaudiobooks.com и сделайте пожертвование сегодня.

    О. Генри написал более 300 рассказов и был придуман американским эквивалентом Ги де Мопассана. Премия О. Генри присуждается каждый год за выдающиеся рассказы. Это была его среда, и он использовал ее очень, очень хорошо.

    Истории в сегодняшних выпусках я назвал «Кризис совести: обычные люди и неудобные решения», потому что это общая нить всех трех этих историй.

    Первая, Неоконченная история , я очень люблю писательское ремесло. Всего лишь наполовину рассказав две истории, О. Генри передает ясное и мощное послание. Я думаю, это довольно удивительно.

    Две другие истории представляют собой более типичные нарративы, в каждой из которых рассказывается о людях, пытающихся встать на правильный путь, и об их ужасной схватке с самым злейшим противником из всех — надеждой. Посмотрим, как они это сделают.

    А теперь, Кризис совести: Обычные люди и неудобные решения , 3 рассказа О.Генри.

    Нажмите здесь, чтобы перейти на сайт www.classictalesaudiobooks.com и оказать финансовую поддержку!

     

    Нажмите здесь, чтобы перейти в наш магазин товаров!

     

    Нажмите здесь, чтобы посетить наш канал YouTube:

     

    Нажмите здесь, чтобы получить некоторые из наших новых игр:

     

     

    Истории коренных американцев для учителей – Старик и его совесть

    Не так уж много миль от деревни, великая горная цепь так разделяет ручьи, которые там рождаются, что их воды предлагаются как дань Атлантике, Тихий и Северный Ледовитый океаны.В этом чудесном ареале индейцы верить ветры созданы, и что они сражаются за превосходство над перевалом Гансайт. я слышал старый история тоже, которая, как говорят, была в целом верят черноногие, в которых чудовище бык-лось, живущий на перевале Гансайт, правит им над ветрами. Этот лось создает Север ветер, «хлопая» одним из его ушей, и Южный ветер тем же самым использует его другим.я Я склонен полагать, что ветры я сделал на этом перевале, потому что там они редко в покое, особенно в это время года год.

    Сегодня ночью ветер дул с на север, и пушистые белые облака гнали на лице почти полной луны, на мгновение скрывая ее свет. Столбы домика скрипели и напрягались при каждом сильном порыве ветра, и искры от костров внутри домиков гнал ветер, чтобы исчезнуть и умереть.

    В своем домике нас ждал боевой орел, и когда мы вошли, он тепло приветствовал нас, но не упомянул шторм. «Я был ждете, — сказал он. — Вы опоздали, и история, которую я вам расскажу, длиннее многих остальные.» Без дальнейшего промедления началось повествование.

    «Однажды СТАРИК наткнулся на домик в лес.Она была хороша и раскрашена странные знаки. Дым клубился из-под наверху, и, таким образом, он знал, что человек, который жил там был дома. Без звонка или говоря, он вошел в вигвам и увидел мужчина сидит у костра и курит трубку. То мужчина не говорил и не предлагал свою трубку старику, как это делают наши люди, когда им рад видеть посетителей.Он даже не посмотрел на его гость, но у СТАРИКА нет хороших манер вообще. Он не мог видеть, что он не нужен, когда он осмотрел домик человека и сделал сам дома. Накладки были красивые и были расписаны с прекрасным мастерством. Ложа был чист, и огонь был ярок, но там не было женщины о.

    «Опираясь на прекрасную спинку, Пожилой человек набил себе трубку и зажег ее углем от мужского огня.Потом он начал курить и оглядеться, задаваясь вопросом, почему человек вел себя так странно. Он увидел звезду, которая сияла вниз через дымовое отверстие, и вершины из нескольких деревьев, которые были рядом с домиком. потом он увидел женщину высоко на вершине дерева и прямо над ложей. Она выглядела молодо и красивая и высокая.

    «Чья это женщина наверху? в верхушка дерева? — спросил СТАРИК.

    «Она твоя женщина, если сможешь поймать ее и женится на ней, — прорычал мужчина. ‘но вам придется жить здесь и помочь мне сделать гостиная.’

    «Попробую ее поймать, а если я буду женись на ней и оставайся здесь, потому что я великий охотник и можем легко убить любое мясо, которое мы хотим, — сказал Старик.

    «Он вышел из сторожки и поднялся на дерево после женщины. Она кричала, но он поймал ее и держал, хотя она царапала ему плохо. Он отнес ее в палатку и там возобновил свое обещание остаться там всегда. Мужчина женился на них, и они были счастливы четыре дня, но на пятый утром СТАРИК ушел — ушел со всеми вяленое мясо в домике — вор.

    «Когда они были уверены, что негодяй имел убежала женщина заплакала, но не так человек. Он получил свой лук и стрелы и в гневе покинул ложу. Был снег на земле и человек взял след СТАРИКА, намереваясь поймать и убить его.

    «След был свежий и человек начал в бегах, потому что он был хорошим охотником и, как быстрый как олень.Конечно, он выиграл у СТАРИКА, который был очень более медленный путешественник; и Солнце было не очень высоко, когда старый вор остановился на вершине холма, чтобы оглянуться. Он видел человек идет быстро.

    «Этого никогда не будет, — сказал он. ему самому. — Этот чудак поймает меня. Я знаю что я буду делать; Я превращусь в мертвый Бык-Лось и ложись.Тогда он пройдет меня, и я могу пойти, где я хочу.

    «Он снял мокасины и сказал им: «Мокасины, идите на запад. Продолжайте идти и делать простые треки в снег к большой воде, где Солнце спит. Странный будет следовать за вами, и когда ты уйдешь из снежной страны, ты можешь потерять его.Иди скорее, он близко на нас.’

    «Мокасины убежали как СТАРИК в розыске их, и они проложили четкие следы в снег, ведущий к большой воде. СТАРИК превратился в мертвый Бык-Лось и растянулся возле гусениц мокасины Сделал.

    «Вверх по холму пришел человек, его дыхание короткое от бега.Он увидел мертвого Лося и подумал, что это может быть СТАРИК подшутил. Он собирался пустить стрелу в мертвых Лось, чтобы убедиться; но как только он собирался пустил стрелу, он увидел следы мок- казины сделали. Конечно, он думал, что на ногах у Старика были мокасины, и туша действительно была мертвой Лося. Он был сильно обманут и снова взял следы.Все дальше и дальше он шел, следуя за мокасинами над холмами и реками. Быстрее, чем раньше человек, и еще быстрее путешествовал по пустому мокасины, тропа становится все тусклее и тусклее. мер, как дневной свет исчез. Весь день напролет, и всю ночь мужчина следовал за следов без отдыха и еды, и только на рассвете он пришел в берег большой воды.Там, прямо у кромки воды, стояли пустые мокасины, рядышком.

    «Человек повернулся и посмотрел назад. Его глаза были красными, а ноги дрожали. «К-к-к-к-к», — услышал он голос вороны. Верно над головой он увидел черную птицу и понял его тоже.

    «Хо! Старик, ты был в том мертвых Бык-Лось.Ты обманул меня, и теперь ты Ворона. Ты думаешь, что убежишь от меня, не так ли? Ну, вы не будете; ибо я тоже знаю магию, и я мудр.

    «Палкой человек нарисовал криклу в песок. Затем он встал на ринге и спел песню. СТАРИК забеспокоился и наблюдал за странными делами с воздуха над головой. Внутри круг человек начал кружиться так быстро, что побледнел с виду, и от центра круга там пришел орел.Прямо на Ворону летела Орел, и в сторону гор помчался Ворона в испуге.

    «Ворона знала, что Орел поймал бы его, так что, как только он добрался до деревьев в горах он превратился в Рен и искал маленькие кусты под высокие деревья. Орел увидел перемену, и сразу начал переворачиваться в воздух.Когда он достиг земли, вместо орла появился перепелятник. погнался за Реном. Теперь погоня была действительно быстрой, ибо место, которое мог найти Рен, чтобы спрятаться от перепелятника. Сквозь кисть, в деревья, среди бурьяна и травы, влетел Крапивник с Ястребом рядом. Один раз перепелятник сорвал перо с Хвост Рена — так близко он был к своей жертве.С Реном было почти покончено, когда он внезапно пришел в парк на берегу реки. В этом парке было сто домиков наших людей, а перед прекрасной сторожкой сидел дочь вождя. Становилось темно и зябко, но все же она сидела и смотрела на река. Ястреб-перепелятник нападал на крапивник своим клювом и когтями, когда Рен увидел молодую женщину и полетел прямо ей.Он летел так быстро, что молодая женщина совсем его не видела, но что-то чувствовала ударить ее по руке, и когда она взглянула, она увидел костяное кольцо на ее пальце. Это испугало ее, и она побежала внутрь вигвама, где огонь удерживал тени от приближения. СТАРИК превратился в кольцо, конечно, и перепелятник не смел войти в домик; поэтому он остановился снаружи и прислушался.Вот что он услышал от СТАРИКА:

    «Не бойся, барышня, я я не крапивник и не кольцо. Я СТАРЫЙ человек и этот перепелятник преследовал меня всю день и ни за что. Я никогда не делал его вред, и он беспокоит меня без причины.

    «Лжец — раздвоенный язык», — воскликнул Воробей- ястреб.— Не верьте ему, молодая женщина. Он сделал неправильно. Он злой, а я нет Ястреб-перепелятник, но совесть. Как стрела, я иду прямо и быстро. Когда он лжет или ворует у своих друзей, я следую за ним. Я все время говорю, и он меня слышит, но врет сам и говорит, что не слышит. Ты знайте, кто я, девушка, я что говорит внутри человека.

    «Старик слышал, что перепелятник сказал, и ему было стыдно в первый раз в жизни. Он выполз из палатки. В тени он убежал — прочь в ночь, и темнота — прочь от себя!

    «Видишь ли, — сказал боевой орел, как он достиг за свою трубку, «СТАРИК знал, что он сделал неправильно, и сердце его смутилось так же, как твои будут надоедать тебе, если ты не будешь слушать голос, который говорит внутри вас.Всякий раз, когда этот голос говорит, что вещь порочна, она порочна — кто бы ни говорил, что это не так.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.

    *

    Top